Читаем Боевое братство полностью

Нормальный рабочий день в отряде «Дельта» был довольно простым, но не оставлял времени на размышления. Дом или гадал, кто может напасть на него из-за ближайшего угла, или убивал того, кто притаился за ближайшим углом. Еще он ел столько, сколько успевал проглотить до следующего контакта с противником, или валился спать в таком изнеможении, что редко открывал глаза, пока его кто-то не встряхивал или не завывала сирена тревоги… А сейчас он не знал, чем заняться. Все свободное время, если удавалось его получить, он тратил на поиски Марии: бродил по засыпанным мусором улицам, разговаривал с бродягами в надежде, что они могли ее где-то встретить.

"Десять лет. Десять мучительных лет. Как же она сейчас выглядит?"

Но он не собирался отступать.

Берни Матаки четырнадцать лет бродила по планете после Дня-П. Этот факт прочно отложился в памяти Дома и укрепил его надежду отыскать Марию, потому что люди сумели выжить. Четырнадцать лет. Еще четыре года…

"Но Берни была специалистом по выживанию".

Зато Мария моложе. И она оставалась в своем родном городе. И она могла…

Черт, он уже не раз уговаривал себя подобным образом. Он обнаружил, что уставился на свою бензопилу, висевшую на плече, и протирает пальцами зубья. Берни дотронулась до его руки:

— Дом, могу предложить свою пилочку для ногтей.

Ее вмешательство помогло Дому.

— Эй, я вспомнил. Тебя и тех проклятых цыплят.

— А я гадала, сколько тебе понадобится для этого времени. — Берни рассмеялась. — А как звали того парня, что стоял впереди тебя? Мне еще пришлось ему помогать.

— Тимьо, — ответил Дом. — Его убили через год после Карлоса.

Она печально покачала головой:

— Не знаю, почему у меня каждый раз сжимается сердце. Так получается, что большинство солдат, которых я учила или с которыми служила раньше, уже мертвы. Только я никак не могу к этому привыкнуть. Мне кажется, если я перестану обращать на это внимание, я оскверню их могилы.

Дом увидел, что Маркус, Рохас и Коул, то ли от скуки, то ли испытывая чувство вины, таскали в бронированный фургон какие-то ящики. Бэрд, прислонившись к забору, наблюдал за погрузкой. Калисо смотрел на Бэрда с таким видом, будто ждал от него очередных философских откровений о жизни, смерти и Саранче. За эти несколько секунд Дом узнал о своем отделении все, что ему требовалось.

Но о Берни ему хотелось узнать как можно больше.

— Скажи, как тебе удалось выжить все эти годы и преодолеть такое расстояние? Или я рискую получить приз года за самый тупой вопрос?

— Тяжело, — ответила Берни. — Даже для меня. Даже для солдата.

— А в чем именно были трудности?

— Никогда не знаешь, на кого наткнешься. Никакой связи. Люди в отсутствие законов цивилизации быстро превратились в подонков, насильников и негодяев. — Она несколько раз сжала в кулак правую руку, словно испытывая мышцы. — Но были и свои плюсы. Я никогда раньше не ела такой разнообразной пищи.

— Ты понимаешь, почему я об этом спрашиваю?

— Из-за твоей жены, верно?

— Да. — Он с трудом сглотнул. — После смерти наших детей она впала в тяжелую депрессию. Ей правда было очень плохо. Она целыми неделями ни с кем не разговаривала и ничего не ела. Однажды я вернулся домой и не застал ее. Она исчезла и больше не появлялась.

На долю секунды лицо Берни выдало ее чувства, но она прогнала их, словно помеху, и вновь стала воплощением твердой уверенности. Все сержанты обладают превосходной способностью убеждать, что ты сможешь что-то сделать. Даже Маркус умел это проделывать, хотя и без жизнерадостного подбадривания.

— Ладно, я тебе помогу, — сказала она. Все оказалось так просто. — Ты найдешь ее.

Даже после десяти лет мучительных разочарований ее слова укрепили надежды Дома.

— Спасибо, — сказал он. — Карлос не зря так высоко тебя ценил. Он всегда отлично разбирался в людях. Пообещай, что расскажешь мне о нем.

Берни кивнула:

— Конечно расскажу.

Но прямо сейчас она явно не собиралась ничего рассказывать. Тема была исчерпана, и они отправились помогать на погрузке. Ящики рассортировывались по разным грузовикам, как мины на поле; техники настаивали на том, чтобы в каждом грузовике находился полный набор оборудования.

— Это на случай, если мы лишимся каких-то машин, — пояснил один сержант. — Тогда у нас останется все необходимое.

Даже Хоффман принял участие в общем деле, перетаскивая мешки с зерном. Коул, проходя мимо Дома, толкнул его плечом и кивнул в сторону Хоффмана. Полковникам не положено этим заниматься.

— Дьявол, его даже нельзя обвинить в том, что он просиживает задницу в кабинете или мнит себя чересчур важным, чтобы немного попотеть…

"Но он обрек Маркуса на смерть. Это его приказ. Оставить его в тюрьме, не эвакуировать".

Дом все еще ждал, когда Маркус сам об этом заговорит.

Все шло прекрасно, пока зазвучавший в наушнике голос Ани Штрауд не заставил его подпрыгнуть от неожиданности.

— Центр контроля вызывает «Дельту». Я получила видео от «Джека». На поверхности появились трутни, направляются в вашу сторону. У меня есть свободный «Ворон» для перехвата.

Хоффман тотчас ответил:

— Направляйте его сюда, лейтенант. Пусть возьмет нас, и мы их встретим.