Читаем Боевое братство полностью

— Это и наше продовольствие тоже, — мягко заметил Коул. Над головой кружили два «Ворона», вернувшиеся с продовольственных комплексов у Северных ворот, куда забрасывали команду техников. — Может, ты предпочитаешь собачатину, парень, но мне больше по вкусу нормальный бифштекс.

— Живые собаки гораздо полезнее. — Берни заглянула через борт ближайшей машины. — Хотя некоторое время мне пришлось выживать благодаря кошкам. Не так уж плохо. Из них получаются отличные перчатки и утеплители для ботинок.

Дом гадал, сколько продержится Коул против недавно образовавшегося союза Бэрд-и-Берни. Бэрд сделал вид, что не слышит насмешек.

— Почему бы им не вывезти все это по воздуху? — сказал он. — Это решение напрашивается само собой.

— Потому что у нас не так много свободных «Воронов», — терпеливо ответил Дом. "Ну же, Маркус, куда ты провалился?" — Кое-что приходится переправлять по земле.

Поладить с Бэрдом можно было разными способами. Маркус просто не обращал на него внимания, Коул с бурными восклицаниями отвечал ему по всем пунктам, а Дом…

Дом вдруг понял, что ведет себя с Бэрдом точно так же, как с Бенедикто, своим сыном. Четырехлетние дети всегда задают множество вопросов. За несколько лет Дом сжился с постоянной болью от потери детей, но иногда горе выплескивалось неожиданным ударом, таким же обжигающе острым, как и в день их гибели.

Бенни сейчас было бы уже восемнадцать, а Сильвии — семнадцать. Дом мог бы стать очень молодым дедушкой. А Бенни, наверное, пошел бы служить, как и отец.

— "Ты должен прекратить. Ты знаешь, к чему это может привести".

Коул решил сменить тему громкой репликой:

— Значит, у вас есть хорошие рецепты приготовления кошек, леди Бумер?

Берни только усмехнулась:

— Я не шучу, парень. Я сделала отличные полосатые вкладыши для ботинок.

— Ты меня обманываешь.

— Взгляни сам.

Коул присел на корточки, а Берни расстегнула верхнюю пряжку на ботинке и отвернула край. Дом, повидавший за годы войны немало отвратительных сцен и тошнотворных картин, вдруг ощутил неподдельный ужас. Да, это был мех трехцветной полосатой кошки. Домашней кошки.

— Вот черт, бедная киска! — Коул громко расхохотался и хлопнул себя по бедрам. — Эй, Дэмон, хочешь, и тебе смастерим такие же? Подыщем хорошего рыжего кота.

Бэрд молча подошел к Берни и посмотрел на ее ногу.

— Да, это отличное изобретение, — сказал он. — Но я пас. Это вам, старикам, надо держать ноги в тепле. Нельзя же допустить переохлаждения в самый разгар операции.

Дом ожидал, что Берни тотчас спустит с Бэрда шкуру, но боевых действий не последовало. Она просто едва заметно улыбнулась, глядя на него в упор; и первым отвел глаза Бэрд. Рано или поздно он зарвется. Бэрд испытывал терпение каждого, пока не назревал взрыв или его остроты всем не надоедали.

— Никто не хочет посоревноваться с колонной? — предложила Берни. — Мы давно не тренировались.

— Пустая трата времени, — отмахнулся Бэрд. — Машины везут тридцать тонн продовольствия. Достаточно, чтобы прокормить город в течение месяца. Нам столько не унести — всего десять—пятнадцать процентов. Ты серьезно думаешь, что подобные усилия будут иметь значение?

— Можешь подсчитать сам. — Голос Маркуса прорвался сквозь гул моторов.

Он появился из-за оружейной платформы вместе с Федериком Рохасом — братом Яна Рохаса. Федерик совсем недавно занял место своего погибшего брата. Дом не знал, что сказать; фраза "Я понимаю твои чувства" уже не подходила. Дом тоже лишился брата, но Федерик потерял двоих.

"Проклятие, как же паршиво, когда в войне погибают целые семьи, а я сбиваюсь со счета! Даже во времена Маятниковых войн это было бы настоящим событием, трагическим событием. А теперь… это рутина".

Но Бэрд не позволил, чтобы присутствие Маркуса — и появление Рохаса — помешало ему развить идею:

— Надо все бросить, вот что я вам скажу. Какая разница, парой месяцев больше или парой месяцев меньше.

Маркус устало вздохнул:

— Бэрд, ты помнишь хоть одно положение из Восьмого Канона?

— Конечно он помнит, — ответил Коул, все еще искоса поглядывая на ботинки Берни. И Дом пытался решить, почему он с удовольствием ест мясо одних животных, а других не мог бы взять в рот… — Все они начинаются с одного утверждения: "Самое главное — это задница Бэрда…"

— Мы перевозим источники возобновляемых продуктов и незаменимое оборудование, — сказал Маркус. — Это семена. Домашняя птица. Оборудование для гидропоники. Микоферментёры. Вот что необходимо спасать.

Теперь, когда домашний скот почти исчез, грибницы стали для людей основным источником белка, и Дому правился этот продукт. По крайней мере лучше, чем кошки. Еще одним его плюсом была возможность производить его в фабричных условиях. В последнее время каждый охраняемый квартал Эфиры превратился в городскую ферму, а жителям было рекомендовано выращивать любые съедобные растения на подоконниках и задних дворах. Парки и клумбы давно превратились в огороды. Дом слышал, что один парень держал в квартире свиней и по ночам выводил их на прогулку. Чем сильнее сжималась вокруг населенных пунктов блокада Саранчи, тем труднее становилось прокормить население.