Читаем Боевая единица полностью

— Ерунда! С моим полнокровием это только на пользу пойдет. Старкова… вот… погибла. А ведь знаешь, я ее хотела выгнать…

— Что?

— Старкову собиралась выгнать. Никчемная она, и по семье скучала. Без конца родным тайком звонила… Нам такие не нужны… А видишь, как получилось… Умерла, сражаясь до последней секунды. Ребенок, просто ребенок. Не пойму, как она вообще отсев сумела пройти. Алина, я тут сижу уже неизвестно сколько и пытаюсь заплакать… Так и не получилось… Не могу… Ты не видела никого из наших?

— Из наших? Нет. Но в здании полно монахов, они на нашей стороне.

— Берг предатель, это он убил Старкову. Не пойму, куда он делся, она ведь ему успела ступню отстрелить.

— Вон… чья-то ступня валяется, а от нее кровавый след к пожарной лестнице идет. Наверное, он туда уполз.

— Что еще ожидать от такого змея. Эх, связи нет! Не знаю, уцелел ли кто из моих… Должны были телецентр захватить и самоликвидатор. Знаешь, где это?

— Да, не беспокойтесь. Я их найду. Но вначале приведу людей, чтобы отнести в телецентр Ланса. Пока туда не добрался пожар, надо выступить перед Орденом. Мне есть что сказать, эта кукла будет доказательством. И хорошо бы вам тоже произнести несколько слов.

— Мне кажется, что ты и без меня справишься, — грустно улыбнулась настоятельница.

— Да… Наверное… Но я не хочу оставлять вас одну. Вставайте, надо что-то делать. Многие погибли, не только эта младшая воспитанница.

— Конечно… всего лишь младшая… просто младшая. Не волнуйся за меня, я тут долго сидеть не намерена. Говоришь, Берг уполз к пожарной лестнице? Не думаю, что без ноги он мог уйти далеко. Схожу-ка я его… проведаю. Иди, Алина, за меня не волнуйся. Да... и это... морду в порядок приведи... а то на чмо похожа... Все, выполняй свой долг.

— Я никому ничего не должна, — вскинулась девушка. — Вы не представляете, кому мы служили! Это… это не укладывается в голове!

— Долг есть всегда! — резко произнесла Нельма. — Всегда, запомни! Все преходяще, а он остается! Иди и выполняй!

Эта женщина была единственным человеком, которому воспитанница подчинялась беспрекословно. Послушно развернувшись, Лина направилась назад, к пожарному гидранту. Там суетятся монахи, с их помощью она дотащит Ланса до телецентра. Надо спешить, как бы не сгорело все здание.

— Я маленький. Не оставляй меня.

— Не бойся, Кролик, не оставлю. Извини, я ведь тогда про тебя просто забыла. Да и не знала.

— Теперь знаешь. Знаешь.

Девушка не ответила, она только сейчас начала понимать, что имела в виду настоятельница, произнося последние слова — долг есть всегда. Пусть они понимают его по-разному, но смысл один. Это не приказы начальства, и не служба силам, чуждым всему человеческому. Ведь сейчас можно признаться, что ей не нужны ни подвиги, ни слава, ни высокое положение, ничего из того, за что принято расталкивать друг друга локтями.

Нет, не это ей нужно… не это…

Все сложно и просто одновременно. Вот домик, утопающий в зелени, вот крыльцо в три ступеньки. Она устроилась на самой верхней, на ее губах спокойная улыбка. Среди деревьев гоняются друг за дружкой двое детей — мальчик и девочка, они смеются. Возле Лины сидит их отец, обнимая ее за талию. Он тоже улыбается. Ему не надоедает наблюдать за детьми, и он рад, что жена рядом. Они любят друг друга. И никакой враг не принесет зло в их маленький мирок. Они знают это. И они не боятся ничего.

И за это она будет сражаться.