Читаем Блондинка в Монпелье полностью

Двери лифта закрылись, я мысленно сделала себе комплимент: проведя сутки в пути, взмыленная и уставшая, умудрилась-таки привлечь внимание тридцатилетнего мужчины.

Мы выгрузили чемоданы из лифта.

— Мама, что это?! — изумилась Натка.

Мы застыли на месте, словно поражённые молнией. Дверь нашей квартиры… Это была не наша дверь!

— Что происходит, мама? — взмолилась Натка. — Почему кто-то поменял нашу дверь?

— Полный бред, — я приблизилась и нажала кнопку звонка.

Никто не ответил. Внутри было тихо, никаких признаков жизни… Я позвонила ещё раз, и ещё, а потом в ярости пнула дверь ногой и беззвучно выматерилась.

Вход в нашу любимую, удобную квартиру был забаррикадирован куском холодного металла.

— Давай спросим у соседей, что всё это значит, — предложил ребёнок.

Но так как я особо дружеских отношений с соседями не поддерживала, консультироваться у них по поводу идиотской ситуации с дверью мне не хотелось.

— Доченька, соберись в кучку, — попросила я. — Мама во всём разберётся, но чуть позже. Всех урою, всех, кто посмел нам устроить этот праздник! А сейчас поедем в однокомнатную на Комсомольском проспекте.

Это был запасной аэродром, квартира, купленная, чтобы вложить деньги.

— Господи, неужели опять все чемоданы тащить?

— Сейчас вызову такси.

— У меня дежавю. Такси только что было.

Мы мечтали лишь об одном — сгрузить барахло в прихожей, принять наконец-то душ и упасть на любую горизонтальную поверхность…

— Подождите, — попросила я таксиста. Теперь это был не тридцатилетний шустрый мужчина, а седовласый дяденька с красным лицом. — Я должна кое-что уточнить. Не двигайтесь с места.

— Вы куда? — испугался водитель. — У вас что, денег нет?

— Что вы так волнуетесь, я оставляю вам в залог ребёнка и две тонны французских тряпок.

— Мне нужно всего лишь триста рублей.

— Вы их получите буквально через две минуты.

Я взлетела наверх на лифте и убедилась, что с этой квартирой всё в порядке — она не экспроприирована неизвестным захватчиком. Достала из сумки ключи, открыла дверь…

— Натуся, всё хорошо. Выгружайся из машины.

* * *

Разместив чуть живого ребёнка в пыльной квартире (пусть не такой комфортной и с минимальном набором мебели, но всё-таки нашей), приняв в конце концов душ, переодевшись, я отправилась в офис. Интуиция подсказывала, что именно там получу ответы на все вопросы. Заблокированные карточки, исчезнувший джип, наглухо задраенная квартира, а также умершие телефоны Татьяны, бухгалтера, менеджеров, — всё это звенья одной цепи…

Скоро я получу ответ на все вопросы.

Надеюсь, меня не хватит инфаркт!

Офис, где уже многие годы располагалась штаб-квартира «Современных медтехнологий», встретил разгромом и чудовищным беспорядком: мебель сдвинута, повсюду валяются бумаги, по углам стоят коробки. Похоже на массовое переселение народов.

Незнакомые люди сновали по кабинетам. Я вглядывалась в их лица, наблюдала за суматошной беготнёй и постепенно теряла связь с реальностью: всё это походило на дурной сон.

Сейчас я проснусь!

— Что вы здесь делаете? Это мой офис! — схватила я за локоть какого-то загорелого парня в серых брюках и блестящей розовой рубашке.

— Ваш?

— Компания «Современные медтехнологии»!

— А-а… Это… Нет, не знаю. Мы — рекламное агентство. Посмотрите в Интернете их адрес.

— Чей?

— Этих ваших… медтехнологий! Наверное, они переехали, раз мы вселяемся в их офис. Красивое платье, — рекламщик бесцеремонно ощупал меня взглядом и ринулся прочь.

Вдруг из-за угла выскочила… Вика! Моя преданная секретарша. Никогда раньше я не радовалась её появлению столь сильно.

— Вика! Что здесь происходит?!

Девушка резко затормозила, пошла юзом, едва не снесла шкаф. Она захлопала ресницами и уставилась на меня так, словно я возникла из преисподней.

— Елена Владимировна?! Вы?!

— Я! Что случилось? Ничего не понимаю. Где все? Где Татьяна Николаевна? Почему наш офис оккупировало рекламное агентство?

Вика издала возглас крайнего удивления, затем поперхнулась и закашлялась.

— Елена Владимировна, вы же нас продали!

— Что?

— Вы нас продали!

— Кому? — помертвела я.

— Савве!

Нет, только не это…

— Мы все в недоумении… Вы столько лет сражались с Саввой, а тут преподнесли ему фирму на блюдечке! Татьяна Николаевна объяснила, что у вас глубокая душевная травма из-за расставания с любимым человеком. Вы решили отойти от дел и перебраться во Францию. Дочку забрали с собой, Натка будет там учиться. Недвижимость присматриваете, риелтор у вас французский… как же она сказала… а, Жан-Поль! А фирму велели продать.

— Вот значит как, — прерывающимся голосом пробормотала я, прижав руки к груди. Мне хотелось удержать сердце, оно с треском колотило изнутри по рёбрам, словно пыталось выскочить наружу. — Татьяна продала фирму…

А также она избавилась от имущества, записанного на компанию, то есть от моей шикарной квартиры и недавно купленного внедорожника!

Ну и стерва!

— Вы сами это поручили Татьяне Николаевне, прислали из Франции юридические бумаги. Она их показывала…

Да, прислала…