Читаем Блондинка в черном парике полностью

Джеймс добавил в чашку с чаем немного бренди. Шериф протянул руку за чашкой, но Джеймс остановил его, усмехнувшись:

— Минуточку терпения. Я собираюсь отнести эту чашку Салли. Хочу убедиться, что она в порядке. Она же человек гражданский, для нее все эти потрясения оказались невероятно тяжелыми. Вы наверняка сами понимаете.

— Конечно. Я подожду вас здесь, Квинлан. Джеймс вернулся практически сразу. Шериф, опираясь руками о стойку, смотрел в окно. Это был высокий мужчина, стройный, мускулистый и поджарый. Судя по всему, из тех, кто бегает по утрам. Вероятно, на несколько лет старше Джеймса.

В нем была такая надежность, что людям хотелось с ним разговаривать. Джеймса это качество восхищало, однако сам он ничего рассказывать не собирался.

Дэвид Маунтбэнк начинал ему нравиться, но он не мог допустить, чтобы это обстоятельство как-то на него повлияло.

Не желая его испугать, Квинлан тихо произнес:

— Она уснула. Я накрыл ее вязаным шерстяным платком Амабель. Но давайте не будем шуметь, ладно, шериф?

Шериф медленно повернулся к Квинлану:

— Называйте меня Дэвидом. Так что же все-таки происходит? Зачем вы здесь?

Квинлан спокойно ответил:

— На самом деле я приехал сюда совсем не для того, чтобы выяснять про Харви и Мардж Дженсен. Это всего лишь моя «крыша». Хотя их исчезновение по-прежнему остается загадкой. И дело не только в них. Вы были правы, ваша предшественница на посту шерифа отсылала всю информацию в ФБР, включая рапорты об исчезновении еще двоих — мотоциклиста и его приятельницы. То же самое делали и в других городах, выше и ниже по побережью. К сегодняшнему дню существует уже приличная пухленькая папка на людей, которые бесследно исчечли в здешних местах. Очевидно, Дженсены были первыми, поэтому я к ним и прицепился. Я представлялось всем как частный детектив, потому что не хочу пугать этих старых обывателей. Они бы просто рехнулись, если бы узнали, что среди них околачивается агент ФБР, и одному Богу известно, чем он тут занимается.

— Что ж, прикрытие хорошее, потому что оно настоящее. Я не думаю, что вы расскажете, в чем дело в действительности, так ведь?

— Я не могу. По крайней мере сейчас. Вы можете пока удовольствоваться этим?

— Полагаю, что мне придется. А все-таки вы выяснили что-нибудь насчет Дженсенов?

— Да, кое-что: все эти респектабельные старики и старушки мне врут! Можете представить себе что-нибудь подобное? Ваши бабушки и дедушки врут в глаза по совершенно безобидному вопросу: по поводу какой-то пожилой пары, которая, возможно, заехала на своем «виннебаго» в Коув, просто чтобы купить лучшее в мире мороженое!

— Ну хорошо, допускаю, что они действительно помнят Харви и Мардж, но боятся говорить — боятся оказаться во что-нибудь замешанными. Почему вы сразу же не пришли с этим ко мне? Не рассказали, кто вы такой и что вы здесь тайно?

— Я хотел как можно дольше скрывать правду. Так легче. — Квинлан пожал плечами. — Что ж, коль скоро я ничего не обнаружил, от этого никому никакого вреда. Кто знает, а вдруг я бы выяснил что-то обо всех этих пропавших без вести?

— Вы бы могли и дальше вполне успешно прикрываться от меня своей «легендой», если бы не эти две смерти. Тут-то и стало заметно, что вы слишком хороши, слишком основательно подготовлены. — Дэвид Маунтбэнк вздохнул, сделал большой глоток чая с бренди, слегка поежился, а потом улыбнулся, похлопывая себя по животу. — Ну вот, это немного поднимает настроение.

— Точно.

— Чем вы занимаетесь с Салли Брэндон?

— Дело в том, что с первого же дня, как я сюда попал, она меня в некотором роде зацепила. Она мне нравится. И, по-моему, Салли не заслуживает всех этих неприятностей.

— «Неприятности» — это слишком мягко сказано. Увидеть женский труп, который бьется о камни у подножия этих скал, достаточно, чтобы человека до конца жизни мучили по ночам кошмары.

Но найти доктора Спайвера, которому выстрелом снесло полголовы, еще хуже.

Дэвид отхлебнул еще чаю.

— Я и то наверняка надолго запомню это зрелище. Так вы считаете, что по какой-то дикой случайности две эти смерти так или иначе связаны с делами о пропавших без вести, заведенными ФБР, с Харви, Мардж и всеми остальными?

— Даже мой извращенный ум воспринимает эту идею как фантастику, но, согласитесь, вы ведь тоже над этим задумываетесь, верно?

«Квинлан опять это делает», — подумал Дэвид беззлобно. Он спокоен, он вежлив, но ни за что не проболтается о том, о чем не хочет. Его невозможно вывести из себя. Интересно все-таки, какого черта он оказался в этой дыре на самом деле? Что ж, Квинлан сам ему скажет, когда придет время. Вслух же он медленно произнес:

— Я понимаю, вы не расскажете мне, что вас сюда привело в действительности, но сейчас мне вполне достаточно того, что я узнал, и я не собираюсь гнать волну по этому поводу. Занимайтесь тем, чем занимаетесь, а если вы можете хоть чем-то помочь мне или я могу помочь вам — я к вашим услугам.

— Спасибо Дэвид, ценю вашу поддержку. Этот Коув — занятный городок, не находите?