Читаем Близкие враги полностью

Хорошо смазанный механизм запоров на герметичном люке провернулся с необычайной легкостью, и на капитана корабля немедленно обрушился шум голосов, аппетитные ароматы вкусной пищи и негромкая, но крайне энергичная музыка. Емкость, в которой предполагалось хранить воду для регулярных нужд сотен человек, была сравнима по площади с залом какого-нибудь небольшого ресторанчика или кафе, и именно ресторанчик или кафе она сейчас изнутри и напоминала. Большую часть свободного пространства занимало пять разной формы и размеров столов, за которыми сидели как мужчины, так и женщины. В дальнем углу из досок сколотили настоящую барную стойку, на которой громоздился пяток бочонков вряд ли наполненных всего лишь водой. А позади стоящего за ней высокого бармена в нарядном красном кафтане высились полки, на которых стояли тарелки с нарезанными мясными и колбасными изделиями, ломтями хлеба, фруктами, какими-то пирожными...И конечно гвоздем продуктовой композиции являлся набор из трех-четырех десятков явно дорогих бутылок с очень даже ценным содержимым. В данный закуток за новыми порциями еды и выпивки периодически юркали красивые девушки, одежда которых была либо очень короткой, либо очень минималистичной, либо объединяла в себе оба эти качества. Впрочем, те представительницы прекрасного пола, которые не исполняли роль официанток, как правило, придерживались схожего стиля.

-Так больше продолжаться не может! — Капитан корабля, на котором мгновенно скрестились взгляды всех находящихся в помещении людей, без спроса уселся на свободное место за центральным и самым большим столом, плюхнувшись на притащенный явно откуда-то из кают-компании стул с мягкой обивкой, грозно нахмурил брови и пристальным взглядом оглядел своих ближайших соратников. На лицах их были печаль, смирение с судьбой, уныние, пожалуй даже обреченность...И эта палитра эмоций была совсем не тем букетом чувств, который он хотел видеть. Что было даже более важно — с подобным настроем командного состава не следовало ожидать продуктивных действий и хороших результатов ни от тех немногих обитателей этого мира, которых он уважал а где-то даже и любил, ни от их подчиненных. — Вы только посмотрите перед собой! Видите?! Видите этот кошмар?! Подобное не годится, никуда не годится!

— А в чем проблема-то? — С малость нервной улыбкой уточнил облаченный в просторный желтый халат лысый толстяк, как никогда похожий на крайне реалистичную статую Будды...Только не доброжелательного, а такого, которого кто-то чем основательно озадачил. Возможно, даже несколько раз подряд и прямо по голове.

— Дык, ты говоришь, шо, стал быть, никуда не годится... А разве мы туточки шо-то сделать могемъ? — С воистину философским безразличием пожал плечами русоволосый детина, ковыряясь в зубах какой-то щепкой. — Такова ента...Судьба!

— Я что, так плохо танцую? — Полным обидой голосом осведомилась не очень одетая девушка, стоящая на этом самом столе, заодно игравшем и роль подиума. Вернее, пока еще не до конца успевшая на нем раздеться под звуки музыки, играющей откуда-то из-за барной стойки. Большие миндалевидные глаза мгновенно наполнились влагой, руки начали комкать прозрачный шелковый платочек, до того прикрывавший маленькую крепкую грудь, и без того белая явно искусственно осветленная кожа лица стала совсем уж алебастровой из-за резко отхлынувшей крови, очень резко контрастируя с длинной гривой распущенных черных волос. — Вот прямо «кошмар»?!

— Могу поставить тебе лишь три балла из пяти за исполнение стриптиза, — капитан корабля допускал, что пристрастен, но тем не менее выступление восточной красавицы ему действительно как-то не зашло. Возможно дело было в том, что он предпочитал несколько иной тип женщин, возможно скученность и плохое освещение убивало красоту момента, возможно номер следовало смотреть не с середины, бывшей какой-то уж слишком плавной и неспешной...Чародей не сомневался — озвучь он свои пожелания вслух, и все мгновенно будет исправлено. Красотка на столе окажется более фигуристая, а танцевать будет так зажигательно, что у этого самого стола ножки отлетят не выдержав нагрузок...Благо выбор представительниц прекрасного пола, готовых на всё и для осуществления этого самого всего приложивших явно немалые усилия, был достаточно велик. Да только он пришел сюда не для этого! — И всем вам назначаю целый месяц собственноручных штрафных работ за организацию на борту притона, хотя я русским языком просил держать себя в руках!

— Дык, стал быть, оно того....Не виноватые мы... — Сбившись, попытался оправдаться русоволосый детина. — Они итъ сами...