Как бы мне это ни было противно, я все же заставляю себя каждую неделю посвящать несколько часов массовому обзвону юристов, у которых наша деятельность гипотетически может вызывать сочувствие, и просить у них денег. Еще у меня есть небольшой список церквей, к ним я также периодически обращаюсь с просьбой прислать нам чек. Мы не являемся религиозной организацией, однако ничто не мешает мне называть наш фонд одной из таковых – это может пойти на пользу делу.

– Я так понимаю, ты собираешься в Сибрук, – произносит Вики.

– Да. Я уже принял решение. Мы присматриваемся к этому делу три года, и я успел подустать от бесконечных дискуссий. Мы убеждены, что заключенный невиновен. Он провел в тюрьме двадцать два года и не имеет адвоката. Никто не работает над его кейсом. Считаю, что нам пора вмешаться.

– Мы с Мэйзи в деле.

– Спасибо.

Правда заключается в том, что именно я принимаю окончательное решение по поводу того, браться нам за то или иное дело или нет. Долгое время мы внимательно оцениваем и изучаем каждый случай и с максимально возможной точностью выясняем все факты. Если один из трех сотрудников фонда выступает решительно против того, чтобы мы занимались тем или иным кейсом, мы даем задний ход. Вопрос с Сибруком давно не дает нам покоя – прежде всего потому, что мы уверены: дело против нашего потенциального следующего клиента было сфабриковано.

– Сегодня я готовлю кур по-корнуолльски, – сообщает Вики.

– Да благослови тебя Господь. Я ждал этого приглашения.

Вики живет одна и обожает стряпать. Когда я нахожусь в городе, обычно мы собираемся в ее уютном небольшом бунгало в четырех кварталах от помещения фонда и вместе наслаждаемся долгой трапезой. Вики беспокоится о моем здоровье и режиме питания. Мэйзи тревожится по поводу моей личной жизни, но таковая просто-напросто отсутствует, и я из-за этого совершенно не переживаю.

Глава 5

Сибрук расположен в сельской глуши штата Флорида, вдали от быстро застраивающихся современных городов и загородных агломераций, в которых любят селиться пенсионеры. Тампа находится в двух часах езды к югу, Гейнсвилл – в часе к востоку. Хотя из Сибрука до залива можно доехать всего за сорок пять минут, местный участок побережья никогда не привлекал внимания девелоперских компаний, славящихся маниакальным стремлением застроить все, что только можно. Сам Сибрук с населением в 11 тысяч человек находится на территории округа Руис, в самом центре коммерческой активности захолустного региона. Отток людей в последнее время немного сдерживался интересом к этому месту пенсионеров. Их привлекает возможность найти здесь дешевое жилье на стоянках домов-автоприцепов. Мэйн-стрит, главная улица Сибрука, еще кое-как держится на плаву, однако и на ней есть несколько пустующих зданий. Зато на окраине городка имеется довольно много просторных домов, выставленных на продажу с большой скидкой. Местное здание суда – красивое строение в испанском стиле – выглядит весьма ухоженным, и в нем кипит жизнь. На ниве юридических услуг в округе Руис подвизаются примерно две дюжины адвокатов.

Двадцать два года назад один из них был найден мертвым в своем офисе, и впервые Сибрук за всю свою историю на несколько месяцев попал в заголовки газет. Юриста звали Кит Руссо, на момент смерти ему было тридцать семь лет. Его тело нашли позади стола, все вокруг было залито кровью. Юристу дважды выстрелили в голову из дробовика 12-го калибра, и от лица убитого почти ничего не осталось. Фотографии с места преступления выглядели ужасно и вызывали тошноту, по крайней мере у присяжных. В роковой для него декабрьский вечер Кит Руссо работал один у себя в кабинете. Незадолго до его смерти в здании отключилось электричество.

Кит занимался в Сибруке юридической практикой в течение одиннадцати лет вместе со своей женой и партнером Дианой Руссо. Детей у супругов не было. В течение первых нескольких лет работы совместной фирмы они напряженно трудились как юристы широкого профиля, не имеющие определенной специализации. Но при этом оба мечтали подняться на более высокий профессиональный уровень, уйдя от скуки составления завещаний и документов на право собственности и оформления разводов по обоюдному согласию сторон. Им хотелось стать судебными адвокатами и занять место в правоохранительной системе штата, что сулило большие выгоды. Однако конкуренция в этой сфере была исключительно острой. Так или иначе, супруги пытались зацепиться за какие-нибудь крупные дела.