Читаем Блеф полностью

Даже в сумерках джокер все еще не горел желанием показаться на улице. Том отправился на разведку, чтобы понять обстановку в квартале. Окна некоторых квартир светились, и он слышал звуки работающего телевизора, доносившиеся из одного из окон на третьем этаже. Где-то вдалеке раздавался вой сирен. Во всем остальном в городе царило спокойствие. Он медленным шагом обошел квартал, крадучись переходя от подъезда к подъезду, как солдат в фильме о войне. Улица словно вымерла – не было ни машин, ни прохожих. В витринах магазинов не было огней, и они были защищены складными решетками и стальными ставнями. Том заметил, что несколько окон были разбиты, а за углом на самом перекрестке лежал обугленный остов перевернутой полицейской машины. Огромный щит с рекламой сигарет «Мальборо» был изуродован надписью, намалеванной красной краской, которая гласила: УБЕЙТЕ ВСЕХ ДЖОКЕРОВ. Он решил, что не стоит вести Мишмэша по этой улице.

Когда он вернулся, джокер терпеливо его ждал. Кейс и пакет были передвинуты ближе к двери.

– Я же не велел трогать мои вещи, – раздраженно сказал Том и тут же пожалел об этом, так как Мишмэш принялся едва слышно скулить.

Том поднял свой багаж.

– Пошли, – произнес он, выходя наружу. Мишмэш поковылял за ним. Каждый его шаг казался уродливым, причудливым танцевальным па. Они шли медленно. Они шли очень-очень медленно.

В основном они старались идти по переулкам и боковым улочкам к югу от Канал-стрит, и им приходилось часто останавливаться. Казалось, проклятый кейс становился тяжелее с каждым шагом.

Они остановились перевести дух у мусорного бака неподалеку от Черч-стрит, когда вдруг увидели танк, который ехал вверх, к началу улицы в сопровождении почти десятка пеших гвардейцев. Один из них взглянул влево, увидел Мишмэша и вскинул винтовку. Том выпрямился и встал перед джокером, заслонив его собой. На мгновение глаза гвардейца и Тома встретились. Том заметил, что это почти ребенок – не больше девятнадцати или двадцати лет. Мальчишка довольно долго смотрел на Тома, затем опустил винтовку и последовал дальше.

Бродвей был совершенно опустевшим. Одинокая патрульная машина пробиралась между загородившими ей путь брошенными машинами. Том наблюдал, как она проезжает мимо них, в то время как Мишмэш прятался, скрючившись за мусорными баками.

– Пошли дальше, – скомандовал Том..

– Они нас заметят, – сказал Мишмэш. – Они причинят мне боль.

– Нет, они этого не сделают, – пообещал Том. – Посмотри, как темно кругом. – Они уже прошли почти половину Бродвея, осторожно двигаясь от машины к машине, когда на пустынной улице вдруг зажглись уличные огни. Спасительные тени исчезли. – Пойдем, – настойчиво сказал Том. Они направились к дальнему концу улицы.

– Стой, где стоишь!

Повинуясь окрику, они остановились на краю тротуара. Почти удалось. Подумал Том, но «почти» не считается, когда, как в песне поется, счет идет на подковы и гранаты.

Лицо копа было скрыто марлевой хирургической повязкой, приглушавшей его голос, который, тем не менее, звучал весьма властно и уверенно. Кобура была расстегнута, и он держал пистолет в руке.

– Не стоит… – нервно произнес Том.

– Заткнись, скотина, – сказал коп. – Вы нарушаете комендантский час.

– Комендантский час? – спросил Том.

– Ты что, оглох? Разве не слышал об этом по радио? – Он даже не дождался ответа. – Ну-ка, предъявите документы.

Том осторожно опустил кейс на землю.

– Я из Джерси, – сказал он. – Пытался уехать домой, но тут перекрыли туннели. – Он наконец выудил из кармана документы и передал их полицейскому.

– Джерси, – произнес коп, задумчиво изучая водительское удостоверение. – А почему тогда ты не в Портовом управлении?

– В Портовом управлении? – повторил озадаченный Том.

– Там, где проверяют документы. – Полицейский по-прежнему говорил резким неприветливым тоном, но, скорее всего, уже решил, что они не представляют угрозы. – Все, кто из другого города, должны обращаться в Портовое управление. – Проходишь медицинское обследование, тебе выдают синюю карту и отправляют домой. На вашем месте я бы направился прямо туда.

Автобусный терминал при Портовом управлении и в обычных обстоятельствах был настоящим зверинцем. Том мог лишь представить, что там творилось сейчас. Все туристы, жители пригорода или люди, которые имели несчастье оказаться здесь проездом, а также куча перепуганных насмерть манхэттенцев, прикинувшихся, что живут за городом, толпящихся в очередях на медицинское обследование или пытающихся купить билет на один из автобусов загородного маршрута, и тьма-тьмущая гвардейцев, пытающихся поддерживать порядок. Так что не надо было обладать большим воображением, чтобы представить кошмар, творившийся сейчас на Сорок Второй улице.

– Я просто не знал об этом, – соврал Том. – Я сейчас провожу своего друга до дома и сразу же отправлюсь туда.

Коп уставился на Мишмэша тяжелым взглядом.