Читаем Блаженны алчущие (СИ) полностью

— Он танцует с Денизой уже второй раз! — Гидеон Берот, обычно сдержанный, кусал губы от злости. — Надеюсь, не подряд? Это было бы неприлично! — уточнил Филип с нарочито серьезным видом. — Нет, не подряд. Но с перерывом в один лишь танец. И сейчас он словно прилип к ней! Делион недавно у нас, и может не знать, что она — твоя избранница, но должен же понимать, что такая девушка, как Дениза, не для такого, как он. Он не смеет ухаживать о ней, даже и мечтать об этом! Ее отцу это тоже не понравится, уверен. Между ними ничего не может быть, а значит, его назойливое внимание это… это… — А что с этим типом не так? — спросил Кевин. — Он прокаженный или что? Заметив, что они оживленно разговаривают, к ним подошли Пол Клавис, Карл Мелеар и Жерод Ферра-Виссин — те из приятелей Филипа, кто в данный момент не был занят ухаживанием за леди. — Вы не слышали? — Гидеон был так взбудоражен, что даже забыл использовать высокомерный тон, с которым всегда обращался к Кевину. — Он незаконнорожденный. Делион — фамилия его матери, а имя его отца неизвестно. Не понимаю, как лорд Радайл допустил, чтобы его приняли в Академию. Его отцом может быть кто угодно! — Ну, не кто угодно, — возразил Филип. — Я — не его отец, уверяю тебя, и думаю, за нас шестерых можно смело ручаться. — Филип, это не шутки! Речь идет о добром имени нашей Академии. Мы можем учиться вместе с сыном лакея, — Гидеон словно выплюнул последнее слово. — Это позорит всех нас. — Ну, приняли же Грасса, — Карл Мелеар, высокий, длиннолицый, светловолосый, растянул губы в противной широкой ухмылочке. — Так почему бы и не этого? — Не смешно, Карл, — Во взгляде Филипа сверкнуло предупреждение. Гидеон поморщился при упоминании о Кевине, но все же произнес: — Это другое. Ваш отец, Грасс, был солдатом, сражался и рисковал жизнью на поле боя. Его кровь пусть не облагородила, но и не осквернила кровь вашей матери. И потом, ваше рождение было законным. Я говорю про этого бастарда. — Успокойтесь, — сказал Филип. — Отец Делиона — важный вельможа. Мой отец знает, кто это, и поручился перед Радайлом за благородство его происхождения. Дядя тоже знает, по-моему. Карл не упустил возможность вставить колкость. — Может быть, у вас даже один отец. — Мелеар, ваши шутки заходят слишком далеко, — предупредил его Гидеон торжественно. — А что тут такого? — Карл пожал плечами. — У меня у самого, должно быть, есть парочка бастардиков. — Ну да, — сказал Филип, — а их матери — служанки или девки из таверны. Что ж, плоть слаба. Но нет. Мой отец никогда не бросил бы своего сына, даже ублюдка, на произвол судьбы. Он для этого слишком чадолюбив. И вообще, будь его родителем хоть сам Император Андарги, это не значит, что он может докучать Денизе без моего дозволения. — Верно, Филип, — горячо согласился Гидеон. — Ты должен положить этому конец. Если он не знает о вас с Денизой, это просто неприлично, а если знает — оскорбление. Теперь все они смотрели в дальний конец зала, сквозь мельтешение гостей пытаясь наблюдать за Денизой и новичком. — Для ублюдка у него отличный вкус, — заметил Карл. — Они просто разговаривают, — Пол Клавис, носивший прозвище Полли, как обычно выступал в роли миротворца. — Что ж, побеседуем с ними и мы, — Филип неторопливо двинулся по направлению к парочке, сопровождаемый друзьями. Кевин и Гидеон держались по бокам, следом шли ухмыляющийся Карл и молчаливый Жерод, всегда делавший то, что делали его приятели. Полли замыкал процессию. Когда они приблизились к Фрэнку и Денизе, эти двое весело смеялись над чем-то, и головы их были так близко, что черные локоны Денизы нет-нет да касались плеча юноши. Новичок не заметил, что к ним подошли, а девушка делала вид, что не замечает. Гидеон не мог этого стерпеть. Он громко кашлянул, едва сдерживая бешенство.

Делион обратил к ним сияющие глаза. — Здравствуйте, господа, — На его губах еще играл отсвет смеха. Весь высокомерие, Филип ответил на его вежливый кивок едва заметным движением головы и перешел прямо к делу. — Я благодарен, что вы взяли на себя труд развлекать мою невесту, но в этом больше нет необходимости. — Никакого труда. Я прекрасно провел время. Но я не слышал о вашей помолвке — поздравляю. — Не было никакой помолвки! — вставила Дениза с поспешностью, которая вызвала на лице Филипа ироническое удивление.