Читаем Блатной фольклор полностью

Возле Мясокомбината[14]Наши встретились ребята,Я за ними. Шли боксеры,Не спеша, как на убой.Проходило состязаньеЗа какое-то там званье,Вобщем, метили в призерыВсе цеха промеж собой.Зал напротив расположен.Слышны крики: "Бей по роже!Бей под дыхал да и точка!В переносицу ему!"Я тогда подумал все же:

"Мозговать боксеру тоже

Не мешает, между прочим,

И, особенно в бою!"

Вот сошлись два тяжа в паре,Полоскаловка в разгаре.Злее зубров, жаждут драться,А не думают ни зги.Если Санька, забияка,Не поймет, что бокс — не драка,Очень даже может статьсяЗавтра вышибут мозги!А кому тогда он нужен?Вот — опять лежит контужен,Вставил капу и в атаку,А куда? Ах, если б знал!Он немножко был сконфуженИ совсем обезоруженИбо кинулся он в дракуС кулаками прямо в зал!Ясно дело! ПриструнилиИ культурно объяснилиТак и так: "А к нам не суйся!Ждет парторг тебя — судья!"Ну а он: "Вы извините!Мне попроще расскажите,Где вообще-то нахожусяИ почто без брюков я?"Тренер сходу понял Сашку,Полотенцем дал отмашку.Бой закончился. Конечно,Тут сильнейший победил.Как-никак во время бояЧаще дрался все же стояИ к тому же покурить не уходил!Он боксировал — что надо!И незря ему награды.Рукоплещет зритель. ВозлеПобедителя салют.Аплодировали долго,Потому что тренер ВолгинНу никак не мог апослеИз перчатки вынуть зуб.Ох, как вспомню этот раунд!Все визжат: "Давай нокаут!"Раствороженные рожи,Аж забрызгали судью.С грустью думаю я: "Все же

Голова боксеру тоже

Не мешает, между прочим,

И, особенно, в бою!"

А чемпионом стал объявленный,По колено окровавленный.А что вовсе окровавленный —Прямо с ринга был отправленныйДо больнички до диспансииЗа бесчуйствие дистанции…Все.

К девчушке три пьяные лба приставали…

Это на моих глазах парня убили…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Недосказанное
Недосказанное

Свободны от связи, но не друг от друга… Пришло время выбрать на чьей ты стороне… Внешне Разочарованный дол – это тихий английский городишко. Но Кэми Глэсс известна правда. Разочарованный дол полон магии. В давние времена семья Линбернов правила, устрашая, наводя ужас на людей с целью их подчинения, чтобы убивать ради крови и магических сил. Теперь Линберны вернулись, и Роб Линберн собирает вокруг себя чародеев для возвращения городка к старым традициям. Но Роб Линберн и его последователи – не единственные чародеи Разочарованного дола. Необходимо принять решение: заплатить кровавую жертву или сражаться. Для Кэми это больше, чем простой выбор между злом и добром. После разрыва своей связи с Джаредом Линберном она вольна любить кого угодно. И кто же будет ее избранником?

Сара Риз Бреннан , Нина Ивановна Каверина

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия