Читаем Благословенный полностью

— Конечно. И мама твоя может, особенно если ей вдруг захочется помочь одиноким мужчинам по хозяйству. И мы ей будем помогать по хозяйству по мужской части. Например, я бы поменял кран в ванной, он подтекает. И вообще, здесь есть, к чему руку приложить. Что скажешь, ясноглазая?

— Хорошо, я согласна, — рассмеялась Кэрол.

Она тоже осталась довольна тем, что они теперь будут жить рядом.

Что ж, наглости этим двоим было не занимать, потому что вскоре уже стало восприниматься, как должное, что они приходили завтракать и ужинать, а в выходные, когда Кэрол была дома — и обедать. Патрик тоже к этому привык. Он искренне привязался к этим мужчинам, считая их настоящими друзьями. Когда он понял, что Исса не собирается соблазнять мать, Патрик расслабился и полностью принял их в свою жизнь. То, что Тим может заинтересовать ее, как мужчина, мальчику даже в голову не приходило. Они вели себя осторожно, и ребенок ни о чем не догадывался. Кэрол мучило то, что она обманывает его, и удивлялась, как он до сих пор этого не понял, ему не сказал об этом ни его дар, ни Мэтт, с которым он якобы общался и который все знал. Она видела, что Тим очень старается, выстраивая отношения с Патриком, лелея надежду, что завоюет его сердце настолько, что мальчик не будет против того, чтобы мать с ним встречалась. Кэрол не мешала и не вмешивалась, но в душе была почти уверена, что все усилия Тима напрасны. Патрик жалел его и постоянно искал для него невесту. И однажды на воскресный ужин, за которым они все собрались, как делали уже всегда, он пришел с молодой женщиной. Кэрол узнала ее — это работала учительницей в школе Патрика, но не была его учительницей. Тим и Исса на тот момент еще не пришли, и Кэрол растерянно пригласила гостью войти.

— Мам, как ты думаешь, она понравится Тиму? — спросил мальчик у опешившей Кэрол. — Я ей о нем рассказывал, она согласилась с ним познакомиться. Я показал его фотографию, его шрамы ее не напугали, он ей понравился. Она тоже симпатичная. Она должна ему понравиться. Как думаешь?

— Да, наверное… Честно говоря, я не знаю, Рик. Я никогда не спрашивала, какие девушки ему нравятся.

— Какая разница, какие ему нравятся? Он должен выбирать из тех, кому он понравился, и кто согласился встречаться с ним, не смотря на его шрамы.

— Ты не прав, Рик. Тим красивый парень, и шрамы, между прочим, мужчину не портят. И он вполне может выбирать тех девушек, которые ему нравятся. А он всем понравится.

— Но он же так не делает. И не думает так. Поэтому он и один. Ему, наверное, очень плохо без девушки. Мы должны ему помочь. Разве ты не хочешь ему помочь, ведь он твой друг! Настоящий друг! Он из-за тебя таким стал.

— Конечно, я хочу ему помочь.

— Тогда уговори его встречаться с Тори. Она хорошая.

— Э-э, хорошо, я попробую. Но если она ему не понравится, вряд ли мы сможем его заставить. Не надо было вот так поступать, Рик. Приводить ее без его согласия, ему это может не понравиться, он может рассердиться. Ты же знаешь, какой он.

— Он не будет сердиться, когда увидит, какая она красивая и хорошая. А еще и умная!

И Кэрол в полном замешательстве ждала, когда откроется дверь и войдут Тим и Исса, и увидят, какой их сюрприз ожидает. Вернее, Тима. Интересно, как он будет выкручиваться. Что ж, Кэрол всегда знала, что ложь до добра не доводит. Украдкой она разглядывала девушку, и сердце ее неприятно сжалось. Да, чтобы ни говорил, Патрик привел Тиму не абы кого. Девушка действительно была прехорошенькая. Она легко могла понравиться любому парню, а такому, как Тим, не разбалованному женским вниманием — и подавно. И бросит он тогда Кэрол с ее детьми и всеми проблемами. Кэрол стало грустно. Мир вокруг вдруг снова потемнел.

— Мам, ты чего такая печальная? Что-то не так? — заметил Патрик. — Ты думаешь, что если у Тима появится девушка, он перестанет с тобой дружить? Не бойся, я спрашивал у Тори, рассказал, что вы друзья еще с детства, она не будет ему запрещать дружить с тобой.

— Хорошо, — Кэрол выдавила улыбку. — Если у них все получится, будет хорошо. Когда человек один, ему плохо.

Патрик внимательно изучал ее взглядом.

— Поэтому ты все время такая печальная, мам? Тебе плохо? Одиноко? Но ведь у тебя есть мы.

— Да, сынок. Нет, мне не плохо. Все нормально.

На лице мальчика она вдруг увидела жалость. Он погладил ее по руке и убежал к своей гостье. А Кэрол, вздохнув, продолжила накрывать на стол.