Магнитная рамка взревела сиреной, и лишь тогда оба охранника, не сговариваясь, кинулись наперерез бегущему мальчишке.

Слава боковым зрением видел, как ожила и побежала Аня.

«Отлично!» – думал он…

Дурацкая игра. Слава никогда её не любил, а вот Саша – наоборот. Собственно, Саша её и придумал, ну, или подсмотрел где–то.

Начиналось всё безобидно и даже весело.

Что может быть плохого в споре: «Если я подтянусь на турнике пятьдесят раз – ты двести раз отожмёшься от пола?» Но со временем условия становилось сложнее, а задания – опаснее.

Несмотря на это, всегда находились желающие рискнуть в обмен на возможность испытать пределы силы и ловкости оппонента.

На этот раз в проигравших оказалась Аня, хотя, справедливости ради, надо сказать, что условие, выполненное Сашей, был ничуть не менее опасным, чем то задание, которое он выдумал для неё.

Количество охранников, откликнувшихся на тревогу, не увеличивалось. Поэтому Сашаи Аня не убежали. Они остановились неподалёку от линии касс, с волнением наблюдая за тем, как Слава выпутается из неприятностей, виновником которых был он сам.

Тем временем охранники, широко расставив руки, теснили Славу к стене. Ему оставалось лишь два пути к спасению: один – назад, в торговый зал, второй – напрямик, через охранников к друзьям и выходу из магазина.

– Может быть, поможем ему? – спросила Аня.

– Сам справится, – уверенно ответил Саша.

Охранники перегораживали почти весь и без того неширокий проход. Их руки почти смыкались, и поэтому просто пробежать мимо них не представлялось возможным.

Слава затравленно огляделся. Слегка, как бегун на старте, наклонился вперёд и рванул прямо навстречу опасности.

Три шага, в которые Слава вложил все свои силы.

Максимальное ускорение.

Правая нога наступает на сиденье небольшой металлической лавочки.

Левая нога наступает на её спинку.

Толчок…

Правая нога упирается в стену, прямо над кнопкой пожарной сигнализации.

«Только бы выдержала…» – пролетает в голове и тут же исчезает мысль.

Нога сгибается в колене, тело по инерции подаётся вперёд.

Толчок…

Левый кульбит прямо над головой ошарашенного охранника.

Жёсткое приземление.

Кувырок через голову, чтобы не повредить колено.

И вот Слава снова на ногах, он снова бежит, но теперь его уже никто не преследует.

Первое, что он услышал, приблизившись к друзьям, были гневные слова Саши:

– Так нечестно! Ты ей помог!

– Я просто решил, что мне пора побриться, – с улыбкой парировал он.

– Верни бритвы, это было не твоё задание.

Тем временам охранники очнулись от ступора и с криками «Стой!» ринулись назад.

Слава кинул пластиковую коробочку кассиру номер пять. Она её не поймала, но друзья, выбегая на улицу, этого уже не увидели.

Никто за ним не гнался, но они продолжали бежать по газонам, через улицы, наводнённые автомобилями, на красный свет, перепрыгивая через ограждения.

Задыхаясь от смеха, опьянённые адреналином, они не могли остановиться до тех пор, пока силы не оставили их молодые тренированные тела.

Оживлённые улицы сменились тихими дворами, гудки машин – задорным детским смехом.

Украденную в магазине рыбу они отдали первой встречной бездомной собаке.

– Ты зачем полез? У меня был план! – подавив очередной приступ смеха, на удивление строго спросила Аня.

Слава не сразу понял, что она обращается именно к нему, и поэтому, ответил первое, что пришло в голову:

– Помочь хотел.

– Мне не нужна ничья помощь!

Слава не стал ни оправдываться, ни возражать; слегка смутившись он достал из-за пазухи и протянул Ане небольшого, но ужасно толстого кота в голубой беретке и с якорем, вышитым на правой лапе.

– Держи!

Аня не знала, что ответить.

Молчание нарушил Саша.

Громко хохоча, он сгрёб друзей в широкие и сильные объятия, после чего вытянул руку с зажатым в ней телефоном-раскладушкой и сделал снимок.

Так и получилось фото, на котором счастливый Саша обнимает смущённого Славу и озадаченную Аню со смешным котом в руках.

Фотографию, которая позже поселилась на прикроватной тумбочке и неоднократно падала с неё – со значительным ускорением и непременно в стену.

Личная гигиена

Унитаз жалобно похрустывал, стараясь удержать тяжёлое тело.

Мочевой пузырь больше не доставлял неудобств, но вставать ещё рано. Осознание необходимости экономии движений приходит не сразу и не всем, но, придя, очень облегчает жизнь.

Люди тратят много времени и сил только лишь на то, чтобы скрыть от окружающих, и в первую очередь от себя самих, тот факт, что наше тело – это не что иное, как беспрестанно гниющий кусок мяса. В этом очень легко убедиться, если перестать мыться.

Рука легко дотянулась до белого вафельного полотенца на крючке возле раковины. Прохладная вода из крана очень быстро намочила его. Только дураки жалуются на маленькие квартиры. Что может быть удобнее маленького совмещённого санузла?!

Если не мыться, то гниль, выделяясь из тела сквозь поры кожи, даёт о себе знать мерзкой вонью. А самое ужасное, что ты не способен учуять источаемую тобой вонь. Она везде и всюду следует за твоим телом, оставаясь очевидной для всех, кроме тебя.

Ирония жизни!