Читаем Битвы орлов полностью

Отряд Рознецкого медленно отходил, то и дело оборачиваясь и отстреливаясь; к четырем часам пополудни австрийцы вошли в Фаленты, но тут из рощи вылетела конница; впереди скакал сам князь Понятовский. Линию удалось выровнять, правда, ненадолго; австрийцы атаковали в лоб и с фланга, Сокольницкий увёл своих людей за Мрову, чтобы их не перебили на берегу. Лансьеры тоже показали спину; австрийские гусары с воплями устремились за ними — прямо под огонь польских батарей. Кирасиры поспешили к ним на помощь и угодили в ту же ловушку; лошади падали и барахтались в топком иле, вминая седоков в залитый водою берег; ядра взбивали фонтаны грязи, картечь проносилась смертельным роем, пятная алым белые мундиры.

Все три моста через Мрову поляки держали под обстрелом; австрийцы перешли реку вброд. Колонны Монде и фон Мора смяли пехоту, но рассыпались под огнем саксонских пушек; к семи часам бригада Пфлахера захватила батарею; Рашин был взят. Однако поляки не давали австрийцам оттуда высунуться; упорный бой продолжался еще два часа, пока мглистый туман не затянул всё вокруг, слившись с ночной темнотой.

Саксонцам надлежало идти к Бернадоту — приказ императора. Юзеф Понятовский сидел на барабане, обхватив голову руками. Когда саксонцы уйдут, австрийцы получат втрое больший перевес в живой силе… Он сделал всё, что мог, чтобы спасти Варшаву, но не имеет права погубить всю армию. Потери и так слишком велики: четыреста пятьдесят убитых, почти девятьсот раненых… Варшаву придется оставить. Артиллерию и все боеприпасы можно перевезти в Прагу, это они успеют. Оставить там небольшой отряд — бельмом на глазу у австрийцев, — а самому идти в Краков. Это важнее.

Нынешний день станет второй Йеной, объявил император, обозрев позиции под Абенсбергом. Поставив в центре вюртембергцев и баварцев, он сообщил им о своем желании сражаться вместе с ними в доказательство доверия к храбрости и верности союзников. Баварский королевский принц переводил его слова на немецкий, офицеры повторяли их своим отрядам. Всеобщее "ура!" прокатилось по рядам.

Генерал Вреде первым напал на Неприятеля, затем маршал Даву столкнулся с корпусом эрцгерцога Карла, шедшим на Абенсберг, опрокинул и вынудил отступать к Регенсбургу. Маршал Ланн погнал австрийцев к Ландсгуту, баварцы и вюртембергцы их преследовали. В два часа всё было кончено; австрийцы лишились восьми знамен и двенадцати орудий, восемнадцать тысяч солдат попали в плен. Переночевав на квартире, приготовленной для Карла, император в семь утра выступил на Ландсгут.

…Лежён возвращался от Ланна, передав ему приказ, не останавливаясь, идти к Регенсбургу. Заслышав грохот канонады, он бросил дорогу и поскакал напрямик через поля. С вершины зеленого холма открывалась вся долина Изара, рыже-черепичные крыши Ландсгута с высокой колокольней собора и зеленый луг, похожий на арену римского цирка, на котором разворачивалось сражение. Городской вал ощетинился австрийскими пушками, головы французских колонн исчезали в дыму от горевших мостов через реку, кавалерия атаковала предместье, пехота преследовала артиллерийский обоз, отступавший по Венской дороге… Луи почувствовал себя Моисеем, взирающим с горы Синай на копошащихся внизу евреев. Наконец, он высмотрел посреди луга группу, где находился император. Прежде чем пришпорить коня, огляделся вокруг в последний раз… Вверх по течению Изара ползло огромное облако пыли, в котором просвечивало белое. К австрийцам идет подкрепление? Император, наверное, об этом не знает: из долины не увидеть того, что делается за холмом! Вперед, скорее!

С истерзанных губ полузагнанного коня, тяжело поводившего боками, падали клочья пены. Наполеон в третий раз переспрашивал Лежёна, какие именно войска он видел: корпус принца Фердинанда, пришедший из-под Кракова, или эрцгерцога Максимилиана из Богемии? Полковник снова повторял, что не может знать этого наверное, однако колонна изрядная.

Несколько офицеров уехали на разведку; ординарец помчался к генералу Мутону с приказом ускорить атаку на предместье и мост; Наполеон указал высоты, которые следует занять двум пехотным дивизиям, и место на склоне холма, где расположится артиллерийская батарея, спрятал резервы в рощицах и поскакал галопом навстречу врагу во главе отряда кирасир. В это время вернулись разведчики: всё в порядке, это баварцы. Они захватили огромный конвой из понтонов, багажа, провианта и зарядных ящиков, покрытых белым брезентом, и со всех ног торопятся к своим, пока австрийцы не отбили свое добро обратно. Император не выбирал выражений, высказывая свою "благодарность" Лежёну, по чьей милости пришлось приостановить атаку на Ландсгут, но тот выслушал все упреки безропотно, пребывая в восхищении: какой урок тактики только что был преподан им всем!