Читаем Битва за Россию полностью

К сожалению, об этом мало кто задумывается, и не только у нас в стране. Суть «еврейского вопроса» повсюду стараются свести к примитивной борьбе двух наций: русских, немцев, французов, англосаксов или других народов с евреями.

На самом же деле это борьба не народов, а цивилизаций — христианской, основанной на учении Иисуса Христа, и иудейско-масонской, пропитанной талмудическими постулатами об «избранном народе». Она идет много веков, на всех уровнях: между личностями и общественными группами, отдельными государствами и народами.

И потому так особенно жесток напор Запада на Россию, что она сегодня является последним носителем остатков христианской цивилизации. А после разрушения коммунизма, как признается деятель мировой закулисы Збигнев Бжезинский, главным врагом Америки как носительницы иудейско-масонской цивилизации, осталось русское Православие. Ведь только оно по-настоящему способно объединить наш народ, пробудить дремлющие в нем силы.

—  Олег Анатольевич, но давайте признаем, что русский народ, о котором сложены легенды и былины, давно уже не тот. Многие русские — это иваны, не помнящие родства, которые тянутся к массовой культуре Запада. Даже в деревнях нынче курят наркотики, занимаются проституцией, завидуют «новым русским» и мечтают уехать в Америку...

—  И в этом нет ничего удивительного, потому что со временем русская, христианская цивилизация ужасно деформировалась. В результате общественных катаклизмов, особенно за последние 70 с лишним лет. И надо честно сказать, что сегодня, хотя мы живем уже на ее руинах, период разрушения национальных основ, антирусской по сути своей политики, не прекратился. Я уже неоднократно говорил, что только за 1918—1955 годы общее число умерших не своей смертью от массовых репрессий, голода, эпидемий, войн, по моим подсчетам, составило более 87 миллионов (в том числе 70 из них — русские, включая белорусов и малороссов), еще несколько миллионов — за годы реформ.

По самым заниженным данным, за годы духовного пленения у нас превращены в руины 25—30 тысяч церквей, около 500 монастырей. Не менее 50 тысяч представляющих большую архитектурную ценность городских зданий и около двух тысяч усадеб. Погибли десятки тысяч произведений живописи, фресок, росписей, сотни тысяч предметов прикладного искусства, не менее 20 миллионов икон, что, по мировым меркам, равно культурным ценностям большого европейского государства. Образно говоря, если оживить все, что убито, погублено, изгнано, уничтожено, поломано и разрушено, то рядом с существующей страной можно было бы создать другую Россию с городами и селами, лесами и полями, храмами и усадьбами.

Запад не сумел создать такого мощного государства, как Россия, объединенного на духовном начале. Он не достиг соборности и вынужден был использовать прежде всего насилие, утвержденное сектантами-талмудистами еще в древние века. Но закономерность истории такова, что в мире, как правило, побеждает не тот, кто обладает высокой духовностью, а тот, кто нагло, ловко диктует свои условия другим. Разве сдались бы, скажем, китайская, индийская, арабская цивилизации со своими огромными духовными силами, если бы их значение не умаляли так называемые высокоразвитые страны?

Со своей христианской позиции мы понимаем, что их западная цивилизация не должна существовать. Как бы красиво о ней ни рассказывали, она несет в себе фашизм. Потому что ей по природе своей свойственен культ индивидуализма, материального стяжательства и презрения к другим народам.

Несправедливые экономические отношения, которые навязали США и Запад всему миру, напоминают иудейскую систему закабаления народов. Для иудея, согласно Талмуду, все, чем владеют другие народы, — это их собственность, которая отошла от них временно, но все равно будет принадлежать им. Страны «третьего мира» находятся в неоплатной кабале Международного валютного фонда (МВФ), потому что большую часть своего бюджета вынуждены тратить не на развитие экономики, а на оплату долгов. Ведь, заметьте, МВФ дает эти кредиты, как правило, продажным, коррумпированным правительствам, которые распределяют заемные деньги среди своего окружения. Экономика от этого почти ничего не получает. Таким образом, экономика страны-заемщика привязывается к МВФ, закрепощается им. Разве не то же самое происходит и с нашей страной?

Но, осознавая пагубность западной цивилизации, мы не должны пытаться уничтожить ее физически. Она сама уничтожит себя. Каким бы могучим и непобедимым ни чувствовал себя Запад, а любое изменение мирового порядка, скажем, введение справедливых цен на топливо и сырье, неизбежно обернется для него катастрофическими потрясениями.