Читаем Битва за ресурсы полностью

Спустя минуту он мысленно заехал себе в лоб ладонью.

«Не просто болван, а бестолочь!»

Перелистав многочисленные команды, начиная от управления пропорциями воздушной смеси и кончая перезагрузкой софта по радиоканалу, он наконец нашел «замок привода» и спустя некоторое время облегченно вздохнул.

Замок щелкнул, и створка все-таки распахнулась. А он медленно вывалился в переходной тамбур, подхваченный потоком воздуха, вырвавшимся из шлюза. Давление в помещении было явно гораздо ниже нормы.

«Черт, в переданной информации этого не было! Недавно изменилось?»

Митька ругнулся, задействовал для стабилизации ранец и огляделся. В полумраке аварийных ламп ему открылась фантасмагорическая картина.

Совсем рядом с ним крутился строительный пистолет, судя по всему и упиравшийся недавно в бедро. А чуть дальше он заметил человека в обычном комбинезоне без гермошлема, бесформенной массой подлетающего к системе вентиляции, с гулом выкачивающей воздух из помещения. Подсвеченный ящик с резервными скафандрами казался полным, но ему показалось, что сами средства спасения были сложены наспех, как будто их кто-то проверял и небрежно бросил обратно за ненадобностью.

«Пустые баллоны или нарушена герметичность?..»

Подхватив крутящийся в середине комнаты кофр с инструментами, Митька достал оттуда лазерную горелку и, вновь задействовав ранец, смерчем прошелся по комнате. По пути он вышибал все возможные крышки лючков, забирая их с собой. Полностью заткнуть систему вентиляции он не смог, но наваренный на ее основные выходы пластик ощутимо задержал откачку воздуха из помещения. Свист из не совсем герметичных стыков говорил о том, что его исход продолжается, но уже далеко не такими темпами. Теперь следовало заняться выравниванием давления.

Мозги работали, как древний часовой механизм, то есть со скрипом, но последовательно.

Осознав, что найти воздухопроводы, питающие тамбур, и разобраться с вентилями (отключить, к примеру, на них удаленное управление и открыть вручную) он попросту не успевает, Митька подключился к шлюзу и вновь распахнул успевшую захлопнуться внутреннюю створку.

Магистрали со сжатым воздухом никто и не подумал в нем отключать, а это означало, что шанс спасти незнакомца у него оставался.

Клапан воздушной смеси сразу отозвался шипением ворвавшегося в шлюз и тамбур газа, и Митька даже потратил несколько мгновений, чтобы уменьшить его расход. Дальше можно было заняться незнакомцем. Пульс у него присутствовал, но в сознание он так и не пришел.

Аптечка, в отличие от скафандров, была почти целой, и Митька лишь пожалел, что на космических кораблях в нее не кладут нашатырный спирт. Сунешь под нос пострадавшему – тот мигом придет в себя. А так ему пришлось потратить несколько мгновений для наполнения инъектора каким-то бодрящим коктейлем, а заодно и средством для предотвращения развития гипоксии. Времени у членов его команды, судя по всему, не было совсем, и ждать, когда незнакомец очнется самостоятельно, он не стал. И еще ему, конечно, пришлось перед всеми этими процедурами снять тяжелый скафандр.

«Механизм» внутри Митьки отсчитывал секунды, и он только успевал поворачиваться. Расстегнуть с помощью вычислителя застежки на скафандре. Раз. Снять шлем. Два. Раскрыть скафандр на груди руками. Потянуть за один рукав, за второй, вылезти из них. Шагнуть вперед. Одной ногой, другой. Достать и раскрыть аптечку. Собрать инъектор. Воткнуть в него пластиковую ампулу и выдавить лекарство. Теперь второе. Три, четыре, пять…

«Хорошо, что не древний шприц, как у меня в кубрике!»

Шесть. Это была лишняя мысль, отнявшая у кого-то время. Семь.

Он не обращал никакого внимания на парящего неподалеку незнакомца. И только вколов лекарство ему в бедро (прямо через ткань комбинезона), обратил внимание на дрогнувшие ресницы на таком знакомом лице.

– Семён, коромыслом тебя по голове! Какого черта ты тут делаешь?!

Из электронного дневника Дмитрия Васнецова.

…

«Невозможно воспроизвести основную часть записи из-за наличия выражений, запрещенных к воспроизведению».

…

Митька похлопал по щекам друга детства, невесомо зависшего рядом, и тот начал фокусировать глаза на его лице.

– Маша, ты?

Семён ничуть не изменился, все такой же длинный, нескладный, разве что щеку его пересекала тонкая рваная ссадина, переходящая в припухлую синеву под глазом, а взгляд пугал неестественной пустотой.

– Сёма, Сёма…. Сема! Сестренки твоей тут нет, ее вообще с нами нет… Ты на борту космического грузовика! Ну что, очнулся, красавец?

– Да…

– Тогда ответь, какого лешего ты тут забыл? Тебе же еще сидеть и сидеть! Сбежал?

– А? Условно-досрочное…