Читаем Битва за Новороссию полностью

Увы, все документы запорожцев XVI–XVII веков, дошедшие до нас, написаны на русском языке того времени, то есть на том же языке, на котором написаны документы Московской Руси, хотя и с небольшими вкраплениями полонизмов. Позже число отличий увеличилось. Так, к примеру, якобы украинское слово «друкарня» было заменено в России немецким словом «типография» лишь в XVIII веке.

Образованная часть казацкой верхушки в XVI–XVIII веках училась по тем же грамматикам, что и Михайло Ломоносов в Москве. Все православные книги были написаны на одном и том же языке.

В XVI–XVII веках десятки тысяч малороссов бежали от ляхов на восток в Россию, и у них никогда не возникло проблем с языковым барьером.

Тысячи запорожских казаков периодически жили на Дону и наоборот, донские казаки живали в Сечи, и тоже никому и никогда не требовалось толмача. Естественно, на Днепре и на Дону были свои сленги, но говорить о разности языков не приходится.

«Кроме взрослых, беспрерывно приходивших в Сичь, немало попадало туда и детей мужского пола: одних из них сами отцы приводили в Сичь, чтобы научить их там военному искусству; других козаки хватали на войне и потом усыновляли в Сичи; третьих, особенно круглых сирот, они брали вместо детей; четвертых, чаще всего “небожей” или “сыновцов”, т. е. племянников, выпрашивали у родителей; пятых просто приманивали к себе гостинцами и ласками и потом тайно увозили в Сичь»[17].

Образование Донского казачьего войска сходно с Запорожским войском, но имеет ряд отличий. Я присоединяюсь к мнению Е.П. Савельева и ряда других историков, что предками донцов были новгородские ушкуйники. В середине XIV века на Волгу вышли первые отряды вольницы Господина Великого Новгорода. По названию больших, но быстроходных лодок – ушкуев – этих молодцев окрестили ушкуйниками. С 1360 г. ушкуйники чуть ли не ежегодно громили татар на Волге и Каме. Причем это были не шайки разбойников, грабившие купеческие караваны, а крупные отряды от тысячи до трех тысяч человек, которые неоднократно брали ордынские города, как, например, оба Сарая, Увек, Казань, Булгар, Жукотин (Джукетау) и др. Как минимум два раза они брали Хазторакань (Астрахань).

В начале 70-х годов XIV века опорным пунктом ушкуйников сделался Хлынов[18] – крепость на реке Вятке. Высшая власть в Хлынове принадлежала вечу. В отличие от Новгорода и Пскова хлыновское вече никогда не приглашало к себе служилых князей. Для командования войском вече выбирало атаманов. Географическое положение Хлынова облегчало его жителям походы как в Предуралье и за Урал, так и на булгар и Золотую Орду.

«Малочисленный народ Вятки, – писал Н.М. Карамзин, – управляемый законами демократии, сделался ужасен своими дерзкими разбоями, не щадя и самих единоплеменников, за то что стяжал себе не особенно почетное название – хлынские воры».

Татарские ханы регулярно слали указы своим улусникам – московским князьям: «Уймите ушкуйников». Да и самим князьям новгородская вольница была как кость в горле. В 1478 г. Иван III окончательно покорил Господин Великий Новгород. А в 1489 г., когда Иван III двинул на Вятку 64-тысячное войско под началом воевод Данилы Щени и Григория Морозова, были в войске и казанские татары под предводительством князя Урака. В конце августа Хлынов сдался, но значительная часть ушкуйников сумела уйти на Каму, а оттуда – на Волгу.

Итак, первыми волжскими казаками стали потомки «хлыновских воров». Естественно, к ним бежали и все те, кого не устраивала жизнь при московских владыках. Но думаю, что на Волгу посуху бежали единицы, а большинство шло водным путем по Волге, Оке и Каме.

Увы, мы ничего не знаем о том, что происходило на Нижней и Средней Волге. Известно лишь о передвижениях больших орд, а о казаках – ни слова.

Но вот в 1552 г. вместе с Иваном Грозным Казань брали 2500 волжских казаков. Большой знаток истории XV–XVII веков Р.Г. Скрынников пишет: «После занятия Казани московские власти уведомили властителей Ногайской Орды князей Юсуфа и Измаила, что намерены пресечь разбойные нападения волжских казаков и обеспечить свободный путь из России в Орду. Посол Н. Бровцын заявил ногайцам: “А которые казаки на Волге гостей ваших грабили и били, и мы тех казаков перед вашими послы велели казнити, а которые вперед учнут на Волге стояти и послам и гостем лихо делать, а мы тех также велим казнить”»[19].

Тут же сказано и о волжских казаках: «В 1556 г. воевода Л. Мансуров бежал от татар в казачью станицу Зимьево. В 1569 г. царский посланник С. Мальцев видел два казачьих городка на Волге “добре блиско” к Переволоке…

В мае 1572 г. отряд в 150 казаков напал на английский корабль, который возвращался из путешествия в Персию и стоял на якоре близ устья Волги. Англичане, по их словам, убили и ранили почти треть напавших на них людей, но отбить их яростный натиск так и не смогли. Капитан и команда сдали корабль с грузом и были отпущены в Астрахань»[20].

С Волги казаки перешли на Дон. Сделать это было легко: у Переволочны от Волги до Дона всего 70 км, и волок там существовал с незапамятных времен.