Читаем Бирюзовый Глаз полностью

Как-то раз столкнулся я с такой проблемой – шефский компьютер включался, но не запускался, изображения на мониторе не возникало, все светодиоды на лицевой панели горели, звуковых сигналов не поступало – то есть до загрузки BIOSа дело даже не доходило. Про винчестер и говорить нечего. При внимательном внутреннем осмотре оказалось, что жутко греется «южный мост» – третья по величине микросхема на системной плате после процессора и «северного моста». Секунд за несколько нагревается так, что палец нельзя удержать. Симптом угрожающий. Возможно, чип окончательно испорчен, а может быть, и нет. Обычно такое случается от неправильного, «в горячую», выдергивания флешки из USB-порта. Возможно, что коротнуло какое-то иное USB-устройство, не знаю. В общем, имело место короткое замыкание по USB. Тут уж не стоит многократно пытаться включить-выключить компьютер в тайной надежде, что он одумается и излечится сам собой. Не излечится. Такого не бывает, а многократными включениями с перегревом «южника» несчастную микросхему можно окончательно в могилу вогнать.

Решение было одно – поставить на многострадальный чип сильный охладитель с хорошим вентилятором. Помогло – комп нормально загрузился и работал без сбоев. Ладно, посмотрим. Пока поживет так, а там видно будет.

Секретарша моего теперешнего шефа, Лика, пришла ближе к вечеру, почти в самом конце рабочего дня, и уселась прямо ко мне на стол, положив ногу на ногу – правую поверх левой. Вообще-то звали ее Анжелика, но она жутко злилась на свое имя, сократив до последних четырех букв. Девушка выглядела довольно эффектно. На вид – лет двадцать пять. Стройная, сексуально-красивая брюнетка с длинными ногами и волосами. Но даже на высоких каблуках Лика доставала макушкой только до моего подбородка. Внешние данные входили в профессиональные обязанности и являлись элементами ее служебного соответствия.

Как-то раз, когда я только привыкал к своему новому рабочему месту, она подошла прямо к моему креслу и вдруг спросила: «Будем дружить?» Я вздрогнул, и неожиданно для себя ответил: «Пить и кружить, я совсем танцевать разучился, и прошу вас меня извинить». Почему я тогда позволил себе блеснуть искаженной цитатой из Евгения Долматовского? Не помню уже. «Это что, стихи? – Лика вскинула брови. – Что-то знакомое, не ожидала от тебя». После этого случая мы действительно почти подружились: часто болтали о том, о сем, а иногда вместе пили чай.

Сегодня у Лики было игривое настроение, а из наушников ее плеера доносилось рычание Розенбаума. В руке она вертела маленькую серебристую флешку.

– Слушай, распознай, пожалуйста, этот скан, – сказала девушка, протягивая мне свое хранилище информации и подергиваясь всем телом в ритм песни. – Исправления надо внести. Когда Файнридер мне поставишь? Чего такой кислый?

– Стабильности и уверенности в завтрашнем дне нет, – банально ответил я, разглядывая обтянутые колготами круглые коленки. – Телевизор вообще лучше не включать, а новости – не читать. Какая-то дрянь везде происходит. Вот сегодня, по дороге на работу… шел себе, никого не трогал, вдруг остановила некая легко запоминающаяся девушка с просьбой объяснить путь к площади Иосипа Броз Тито. Она, правда, сказала – «Иосифа»…

– Это неважно. А дальше?

– А дальше говорила она с сильным украинским акцентом. Некоторое время пришлось соображать, где собственно оно у нас вообще. Вспомнил: таковой площадью именуется перекресток Нахимовского проспекта и Профсоюзной улицы. Объяснил, понадеявшись, что отстанет. Но не тут-то было! Барышня принялась допытываться, как доехать поверху, минуя метро…

– Погоди, а ты что, на метро сейчас ездишь? А машина твоя где?

– Сдал на прокачку.

– Что, тюнинг делают? Обивку салона меняют и кузов раскрашивают? У тебя хватает бабла на такие игрушки?

– Да, тюнинг, но не совсем обычный. Я хочу, чтобы у меня стоял мощный двигатель, новый бортовой компьютер, внутри было бы удобно и практично, а снаружи машина выглядела бы потасканной, проржавелой и старой. С царапинами и побитостями. Еще чтобы бок промятый был, но не очень сильно, так, слегка. Это дело долгое, деликатное, поэтому езжу пока на метро. Понимаешь, давно я уже заметил…

– Только вот не занудствуй ради бога, – прервала меня Лика. – Так дальше-то что? – поторопила она меня, переменив положение ног. Похоже, ее терпение было на исходе. – Хочешь, герань тебе подарю для оздоровления воздуха в машине?

Официально я работал в этой фирме системным администратором, а все остальные обязанности были нерегулярны и возникали от случая к случаю по велению начальства. Леонид сразу предупредил – об вещах особых лучше не распространяться. Тем более, в разговорах с его секретарем.

– Герань не хочу. У меня аллергия на нее. А что было дальше… Да ничего особенного. Чтобы отвязаться от девушки-приставучки, вызвался проводить ее до места, получил ожидаемый отказ и направился своим путем… Чего ей от меня надо? Не знаю. А потом почему-то вдруг вспомнился один давным-давно забытый эпизод.