Читаем Билль о правах полностью

Верховному суду также было тяжело примириться с положением, когда обвинения снимались в связи с тем, что право обвиняемого на скорый суд нарушалось. Верховный суд посчитал такие последствия нарушения права на скорый суд чересчур радикальными, учитывая, что ненаказанным может оказаться человек, совершивший тяжкое преступление. Нарушение других конституционных прав влечет за собой гораздо менее драматические последствия, как, например, исключение из доказательств незаконно полученных улик или отправление дела на повторный суд.

Верховный суд поддержал инициативу законодательных органов разных штатов, устанавливающую крайний срок, не позднее которого обвиняемый должен предстать перед судом, – обычно это шесть месяцев со дня ареста. Другое усовершенствование, поддержанное Судом, касалось применения скорого судебного процесса «по требованию» обвиняемого. Верховный суд при этом подчеркнул, что сам он лишен полномочий устанавливать какие-либо сроки или правила на тему скорого суда.

Согласно решению Верховного суда, чтобы определить, имело ли место нарушение конституционного права на скорый суд, следует использовать сравнительный анализ действий и поведения как обвинителя, так и обвиняемого. Суд выделил четыре фактора, которые необходимо проанализировать: длительность задержки, причина задержки, настаивал ли обвиняемый на своем праве на скорый суд, каковы отрицательные последствия для обвиняемого в результате задержки.

Применяя анализ этих четырех факторов в данном деле, Верховный суд нашел, что задержка в пять лет, из которых только семь месяцев могут быть оправданы болезнью шерифа, является экстраординарной. Суд не скрывал, что понимает – столь длительная задержка в судопроизводстве была вызвана желанием обвинителя использовать Мэннинга в качестве свидетеля против Баркера, но задержка более четырех лет, по мнению Суда, выходит за все допустимые рамки. Однако Верховный суд, изучив протокол судебных слушаний, не нашел, что задержка, даже такая длительная, отрицательно сказалась на шансах Баркера на суде. Разумеется, Баркер, живя на свободе четыре года, пользовался среди людей не лучшей репутацией, но его адвокат не заявлял, что кто-то из свидетелей, готовых дать показания в его пользу, умер или исчез. Более того, сам Баркер не настаивал на скором суде, по крайней мере в период с октября 1958 года по февраль 1962 года. Наоборот, он был заинтересован в приостановлении судебного процесса, надеясь, что тот вообще не состоится. По сути, Баркер играл в ту же игру, что и обвинение, только прокурор надеялся, что Мэннинга признают виновным, а Баркер – что его оправдают. Это подтверждается тем фактом, что адвокат Баркера начал возражать против ходатайств обвинения о приостановлении судебного процесса только после того, как Мэннинга признали виновным.

Заключив, что Баркер совсем не желал скорого суда и его конституционные права никак не пострадали даже при такой длительной задержке, Верховный суд оставил в силе решение апелляционного суда, подтверждающее обвинительный приговор Баркеру.

Право на публичный суд

История знает много случаев, когда власти использовали против своих граждан закрытые или секретные суды. Закрытые суды позволяют совершать множество злоупотреблений и коррумпируют всю судебную систему. За закрытыми дверями власти могут оказывать давление на свидетелей и представлять в суд незаконно полученные доказательства. За закрытыми дверями лжесвидетели могут позволить себе лгать, не боясь быть разоблаченным теми, кто владеет важной информацией, но даже не знает о том, что происходит во время закрытых судебных слушаний. Публичные слушания позволяют свидетелям узнать о суде и сообщить как властям, так и обвиняемому информацию, касающуюся фактов, которые легли в основу обвинения. В публичности суда также заинтересована сама «публика», и это законный интерес. Поэтому многие громкие процессы освещаются средствами массовой информации, которые подчас ведут прямые передачи прямо из зала суда.

Но публичность суда имеет и оборотную сторону – она может создать предубеждение против обвиняемого, тем самым нарушив его конституционное право на надлежащую судебную процедуру (Пятая и 14-я поправки). В знаменитом деле «Эстес против штата Техас» / Estes v. Texas, 381 U.S. 532 (1965) схлестнулись права прессы на освещение судебного процесса (Первая поправка) и права обвиняемого настаивать на закрытом судебном процессе как средстве против создания предубежденности среди широкой публики, а также потенциально – среди присяжных (Пятая и применительно к штатам 14-я поправки).

Фабула дела такова. Сола Эстеса обвинили в мошенничестве. Жертвами его мошеннических схем стали простые фермеры, которым он в долг продавал несуществующие контейнеры для хранения аммония, а потом брал займы в банке под долговые расписки от этих же фермеров. На суде Эстеса признали виновным и приговорили к 24 годам тюремного заключения.