Читаем Билль о правах полностью

Когда дело дошло до Верховного суда США, перед ним был поставлен вопрос: «Оправданным ли было решение полицейского начать допрос (пусть даже одним вопросом «Где пистолет?»), учитывая все обстоятельства?» Верховный суд посчитал, что такое решение было полностью оправданным ввиду того, что на поясе у задержанного была пустая кобура и разумно было предположить, что пистолет должен находиться где-то поблизости, а значит, существовала явная угроза общественной безопасности. Эта угроза необязательно должна была исходить от задержанного, на которого уже были надеты наручники. Любой человек, даже ребенок, мог случайно найти пистолет и по неосторожности ранить или убить кого-нибудь. Суд подчеркнул, что вопрос, заданный полицейскими, относился к их собственной и общественной безопасности и не являлся попыткой добиться показаний по преступлению, в совершении которого задержанный подозревался.

Физическое воздействие, угрозы длительного тюремного заключения или даже смертной казни не единственные запрещенные средства допроса, особенно после дела Миранды. Хитрость, пожалуй, является не менее, если не более эффективным способом заставить человека сознаться в совершенном преступлении. Как уже было сказано, «правило Миранды» вступает в действие в тот момент, когда подозреваемый, да и, в принципе, лицо в любом статусе, находится под стражей или в аналогичной ситуации, когда дальнейшие его свободные передвижения или действия невозможны, поскольку они тут же будут пресечены полицейскими или другими агентами органов охраны закона. И как только, будучи под стражей, человек произносит: «Я требую адвоката» (были ли ему зачитаны «предупреждения Миранды» или нет), допрос должен немедленно прекратиться, иначе все полученные таким образом заявления, показания и доказательства нельзя будет представить суду.

Одним из самых интересных дел, касающихся допросов и показаний, является дело «Брюэр против Уильямса». На нем следует остановиться подробно.

Брюэр против Уильямса / Brewer v. Williams, 430 U.S. 387 (1977)

Преступление произошло 24 декабря 1968 года, в канун Рождества, в городе Де-Мойн, штат Айова. Семья Пауэрс отправилась в местный клуб Ассоциации христианской молодежи отмечать праздник. В какой-то момент десятилетняя Памела Пауэрс пошла в туалет, и больше ее никто не видел. Примерно через полчаса после ее исчезновения несколько людей видели, как Уильямс (а его знали жители района) принес и положил на переднее сиденье своей машины большой сверток из одеяла. Впоследствии один мальчик, который открыл для Уильямса дверь, рассказал, что из свертка торчали тонкие белые ноги.

Уильямс двинулся на восток по шоссе номер 80, почти пересек Айову и остановился в городе Давенпорте возле границы со штатом Иллинойс, где бросил машину, которую потом нашли полицейские. На стоянке у шоссе между Де-Мойном и Давенпортом полицейские также нашли одеяло и предметы одежды Памелы.

26 декабря Уильямс позвонил адвокату из Де-Мойна по фамилии Макнайт, который посоветовал ему сдаться полиции, что Уильямс и сделал, явившись в один из полицейских участков Давенпорта. После этого Макнайт пошел в полицейский участок в Де-Мойне, откуда позвонил в полицейский участок в Давенпорте, где уже находился Уильямс. Шеф демойнской полиции Николс и капитан Лиминг слышали часть разговора. Макнайт сказал Уильямсу, что капитан Лиминг завтра отвезет его на машине в Де-Мойн и во время поездки не будет задавать никаких вопросов. Адвокат строго-настрого наказал Уильямсу ни о чем не разговаривать в машине, по приезде же в Де-Мойн он должен показать, где находится труп девочки, но только после того, как поговорит с ним, Макнайтом.

Хотя ни шеф полиции Николс, ни капитан Лиминг, слушавшие разговор, ничего не обещали ни Макнайту, ни самому Уильямсу, их молчание суд расценил как обещание выполнить условия (т. е. не задавать в пути никаких вопросов), о которых говорил Макнайт в телефонном разговоре со своим клиентом.