Читаем Бифуркатор (СИ) полностью

Но ведь подобная теория бредовая, не так ли? Если бы Твари видели всё, они, конечно, обнаружили бы как их агент скрыл Глобус. Ну даже если не просекли бы этот факт, точно увидели бы, как мы достаём артефакт, однако в Питере искусственный интеллект доктор Вечность, искренне удивился, заметив в наших руках Глобус Эфира.

Этим полубожкам времени мы уже не нужны, ведь в их арсенале теперь новый бифуркатор. И всё же, если бы я думал, будто Твари вездесущии, то счёл бы, что именно они выбросили нам на пути мальчишку на самокате. На металлическом самокате!

Какими последствиями грозит бегущий мальчик, сталкивающийся с другим мальчиком на самокате? Ну упадут, расшибут друг другу носы, сдерут кожу на локтях или коленях…

Парнишку звали Ромка, сверстник Андрюшки, учился в параллельном классе и жил на другом конце города. Дорога, по которой он нёсся, шла под откос, поэтому скорость он набрал приличную, и когда наехал на Андрея, колесом ударил по щиколотке, потом, оставив колесо на ступне брата, постарался удержать равновесие, но Андрюшка уже начал падать, сваливая тем самым Ромку. Последний перекувырнулся, размахивая пухлыми ручками, ударился головой об урну, отрикошетил и проехал по асфальту правой половиной лица.

Всё происходит в четверть секунды. Я успеваю лишь раскрыть рот и отстранить трубку от уха. Стёпка что-то шепчет там, за несколько кварталов отсюда. Обрывки вопросов доносятся до ушей: вы где?…

А я всё ещё в ступоре, как и маленькая сестричка Ромки, что ехала на самокате следом. Потом уши прорезают короткие вскрики Андрюшки и громкий рёв Ромки, у которого окровавлено вся правая сторона лица.

И ведь вокруг никого. Через квартал вижу парочку взрослых, что остановились и насторожено смотрят в нашу сторону, но кому нужна горстка мальчишек со своими делами? Сейчас эти взрослые развернутся и пойдут по своим делам. А через квартал, из-за деревьев выглядывал уголок Грозди. Мы почти у цели, и время перевалило за четверть восьмого.

Мне бы решить проблему по-взрослому, но за время путешествия я стал необычным взрослым. Я видел предательство брата и теперь я знаю, как опасно время… поэтому, я хочу сбежать. Мне плевать на окровавленное лицо пухлого Ромки и какие микробы пробрались в его рваные раны на лице. Это не моё время и не моя реальность.

Я хочу домой!

Я хочу вернуть брата…

…который держит ногу и изредка вскрикивает, будто по его телу пропускают заряд.

— Андрюшка! — я бросаюсь к мелкому. — Что? Ты как?

— Нога! — шипит он, зажав зубы.

Я вижу. Нога. Правая щиколотка, кажется, отекла, кожа содрана, рана кровоточит. Почему так? Почему именно нога? Что за мистика? Я готов терпеть даже перелом руки!

— Идти можешь?! — спрашиваю, стараясь перекричать рёв Ромки.

— Наверное, надо попробовать, — отвечает Андрюшка.

— Вставай.

Я оставляю рыдающего наездника на асфальте и пытаюсь поставить на ноги брата.

— Я всё видела! — внезапно раздаётся голос над ухом.

Я хотел, чтобы нас заметили взрослые, которые бы позаботились о Ромке, но судьба послала эту кудрявую тётку с опухшими щеками в безвкусном зелёном платье, от которой несло потом как от моих недельных носков.

— Спасибо большое! — выпаливаю я, поглядывая в хмурые глаза женщины. — Вы нас выручите. Позаботьтесь об этом мальчике. Мы с братом очень торопимся.

— Нет уж! Нет уж! — восклицает тётка. — Я всё видела. Было столкновение! Кто из вас виноват?

И тут Ромка как назло обретает дар речи:

— Он на меня налетел, когда я ехал по дороге!

19.20.

Диалог прерывает крик брата, который попытался опереться на больную ногу.

— Вот-вот! — снова восклицает тётка. — Я не могу это так оставить. Я позвоню вашим родителям. Пусть приедут и разберутся. Пусть заберут вас с собой.

Капец полный.

— Здесь обычное столкновение, — раздражённо шиплю я, прижимая к себе Андрюшку. — Пусть за ним приезжает мамка, а своего брата я сам доведу.

— Куда ты его доведёшь, несчастный, ты видишь его ногу? Он на неё теперь неделю не наступит.

В этом тётка может оказаться права. Лодыжка брата начала покрываться синевой.

— Если будет надо, я его на руках понесу, — говорю и нисколько не вру. Только я бы понёс Андрюшку не домой, а в Гроздь. Хотя, по факту — да, домой.

— В общем, все остаются на своих местах. — Тётка, видимо, решила поиграть в полицейского. — Дайте мне телефон, я позвоню вашим мамам. Девочка, ты с ними?

19.25.

— Это моя сестра, — лопочет Ромка, вытирая лицо. Его руки облеплены кровью, а она всё сочится и сочится из рваной щеки.

— Послушайте! — строго говорю. — Помогите этому мальчишке. Его зовут Ромка, если что. А мы с братом уходим. У нас нет времени. — Хватаю Андрюшку под мышки и пытаюсь увести к перекрёстку.

— Это не отговорка! — восклицает женщина. — Может, вы малолетние бандиты какие! Может, вы проникли в наш городок инкогнито! А ну стоять! А то вообще полицию вызову.

Но мы с Андрюшкой уже отступили на пару шагов. И тут Ромка опять заговаривает, но уже в нашу пользу:

— Это пацан из моей школы, — ноет он. — Его зовут Андрей!

Я называю наш адрес.

— Можете проверить, — говорю. — Мы живём именно там и нигде больше.