Читаем Бифуркатор (СИ) полностью

Он кивает на дверь в тамбур, и я пожимаю плечами. Опять мне на душе неприятно. Мы выбираемся в пустой прокуренный тамбур, где стук колёс становится в два раза громче.

Серёга опирается спиной на пепельницу и смотрит в окно на проносящиеся поля.

— Я хочу кое-что тебе сказать. Даже не знаю, как правильно сформулировать! — почти кричит он, стараясь пересилить стук колёс.

— Да говори как есть! — пожимаю плечами, и холодок страха лижет ноги.

— В общем, я думаю, ты понимаешь, что мы… как бы стоим с тобой на разных берегах реки. Понимаешь?

— Наверное, — тихо произношу я, глядя на товарища снизу вверх. Он же на голову выше меня. — Смотря о чём ты.

— О ситуации, в которую ты нас втянул! — отвечает Серый. — А наша река — это Стёпка! Он как бы и твой друг и мой брат! Понимаешь?

— Ну приблизительно, — киваю. — Ближе к сути!

— Я дал обещание защищать его. Я дал его родителям и самому Стёпке!

— Ну это здорово! — вновь киваю. — Защищай! — Внутри меня вздрагивает невидимая струна, когда я слышу слово обещание.

— И буду! Но только не осложняй мою работу, хорошо!?

— Эм, не понял, — я чуточку ощетиниваюсь.

Серёга вздыхает.

— Стёпка ещё глупенький! Он видит в нашем путешествии какую-то романтику. Я вижу только опасность! Понимаешь?

Я молчу. И Серый продолжает:

— Стёпка может предлагать тебе любые глупости, но не втягивай его в опасности! По возможности — действуй один! Не забудь, что мы с тобой в этой связке только для того, чтобы выбраться из этой жопы! Я всё понятно изъяснил?!

— Не совсем, — качаю головой. — Что значит: не втягивай!?

— Ты совсем тупой!? — Теперь мне обидно, но я лишь поджимаю губы. — Если завтра Стёпка решит перейти минное поле вместе с тобой, оставь его на моём берегу и иди один, понятно?!

— Но я не могу ему приказывать, он…

— А ты смоги! — перебивает Серёга.

— Но друзья так не поступают, — я мямлю едва слышно, но Серый понимает каждое слово. — Он обидится и…

— Да плевать мне! — восклицает Серёга. — Мне важна безопасность брата! Тебе лучше играть по моим правилам! И не таскать его по минным полям!

— Погоди, — я задумчиво щурюсь. Меня осеняет догадка. За окном проносятся освещённые солнцем стога. — Ты хочешь сказать, что завтра в этот музей я должен пойти один?!

— Умница! — кивает Серёга. — Я буду ждать снаружи. Стёпка — тоже!

— Но если он…

— Стёпка будет ждать снаружи! — повторяет Серый, подчёркивая интонацией каждое слово.

— Хорошо, я понял, — смирённо лепечу я.

— Играй в моей команде! — просит парень и хлопает меня по плечу. — Иначе я расстроюсь, и ты попадёшь под поезд!

Серый улыбается, но хищно. Интересно, с Егором, прежде чем набить ему морду, он так же улыбался?

— Ты угрожаешь, да? — щурюсь я и стараюсь выглядеть смелее.

— Нет, — пожимает плечами Серый. — Просто, если завтра начнут стрелять, я буду спасать задницу брата, а не твою, сечёшь? Ты мне — приятель, он — брат. Думаю, для тебя мой выбор очевиден, да?

Дверь громко распахивается и в тамбур вваливается толстый лысоватый мужчина в майке и с сигаретой в руках. Бросив на нас короткий взгляд, он подходит к окошку напротив, а Серёга кивает мне на дверь.

Мы возвращаемся в купе. Настроение на нуле. Серёга улыбается как ни в чём не бывало, а у меня на душе кошки скребут. Мне только что угрожал человек, которого я всю жизнь любил. Ну… не так как родителей или Стёпку, но, скажем, считал его положительной личностью.

Стёпка уже на верхней полке, его морит сон. Я взбираюсь на соседнюю, и пока лезу внезапно откидываюсь в прошлое: тот самый дуб, тот случай с Андрюшкой. Мысли цепляются за воспоминания, как электрик крючками за высоковольтный столб.

Ловлю под очками усталый взгляд Стёпки. Он улыбается, и с его улыбкой взлетают вверх брови. Кажется, что они тоже смеются. У моего друга яркие толстые брови, раскинувшиеся над ресницами идеальной дугой, совсем как на детских рисунках, когда малыши изображают лица людей.

Я улыбаюсь в ответ и тут же закрываю глаза. Боюсь, мысли об угрозах Серёги читаются во взгляде. Лежу я так недолго. Сон уносит меня в тёмную пучину, сотканную из обрывков фраз прошлого, и самый громкий голос Андрюшки и эти его слова, произнесённые с нажимом: ты мне обещаешь???

Первый раз я просыпаюсь от тихих переговоров Серёги и тёти Марины внизу. В окна светит солнце, Стёпка уже без очков плющит подушку, его губы смешно искривлены, и оттуда вытекает слюна. Улыбаюсь сквозь сон и вновь проваливаюсь во тьму.

Второй раз я открываю глаза, когда купе погружено в сумерки, под потолком повисла относительная тишина. Относительная, если не считать мерный стук колёс: та-дад-та-да, та-дад-та-да.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература
Вечный день
Вечный день

2059 год. Земля на грани полного вымирания: тридцать лет назад вселенская катастрофа привела к остановке вращения планеты. Сохранилось лишь несколько государств, самым мощным из которых является Британия, лежащая в сумеречной зоне. Установившийся в ней изоляционистский режим за счет геноцида и безжалостной эксплуатации беженцев из Европы обеспечивает коренным британцам сносное существование. Но Элен Хоппер, океанолог, предпочитает жить и работать подальше от властей, на платформе в Атлантическом океане. Правда, когда за ней из Лондона прилетают агенты службы безопасности, требующие, чтобы она встретилась со своим умирающим учителем, Элен соглашается — и невольно оказывается втянута в круговорот событий, которые могут стать судьбоносными для всего человечества.

Эндрю Хантер Мюррей

Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика