Читаем Библейские игры полностью

Я думаю, что Артаксеркса не беспокоило бы уничтожение иудеев, если бы не вмешалась Есфирь, потому что у него не было особых сведений об иудеях. Конечно, если ему было известно о религии Есфири, Артаксеркс столкнулся бы с пугающим решением, позволить ли казнить ее или сделать для нее исключение. Но это не обеспокоило его, когда Аман пытался провернуть свой план, потоку что если бы Есфирь не вмешалась, он так и не узнал бы об истинном положении иудеев, тем более о том, что его царица одна из них. Соответственно, я расцениваю какое положение, когда Есфирь не вмешивается и Артаксеркс не отменяет приказ Амана, как лучший вариант для царя (4) — хотя бы пока он не узнает об истинном происхождении Есфири.

Почти лучшим вариантом для Артаксеркса (3) было бы поддержать Есфирь, которую он любил, после того, как она заступилась за иудеев. Почти худшим (2) было бы просто отменить приказ при отсутствии заступничества Есфири, ведь тогда царя сочли бы непоследовательным и слабым. Худшим вариантом для Атаксеркса (1) было бы не поддерживать Есфирь после вмешательства, потому что тогда он потерял бы не только вторую царицу, но и женщину, которую любил. Так в открытом противостоянии с Аманом, спровоцированным вмешательством Есфири, Есфирь выиграла бы — получила бы наилучший итог (4), — потому что для Артаксеркса вариант (3) в исходной матрице в таблице 7.4 лучше, чем (1).

Проблема с такой репрезентацией — или репрезентацией итоговой матрицы 2×4, в которой Есфирь действует первой (что не показано) в том, что если царь откажется протянуть Есфири золотой скипетр, для нее это будет концом игры. Так что несколько опрометчиво давать Есфири выбор: вмешиваться или нет, потому что этот выбор зависит не только от нее.

По этой причине, я полагаю, Есфирь попросила иудеев поститься за нее. Если она получит аудиенцию у царя, она не сомневается в своей способности убедить его в весомости причины, побудившей ее к этому. Однако она беспокоится, что он может не удостоить ее аудиенции, а может даже и убить ее за дерзость.

Я также думаю, что Есфирь беспокоилась, что, если она не будет действовать, иудеев могут спасти без ее помощи, как и предсказывал Мардохей, в случае чего ее промедление будет выглядеть эгоистичным и трусливым. Случись так, вторую колонку исходов в таблице 7.4, ассоциируемую с тем, что Артаксеркс не останавливает Амана, можно удалить из исходной матрицы. Можно сказать, что у Есфири были веские причины рассчитывать, что заговор Амана не удастся, даже если она промолчит. Имея выбор между вариантами (4) и (2) в первой колонке, Есфирь, очевидно, выбрала бы свою стратегию вмешаться, ассоциируемую с вариантом (4), впоследствии пожиная плоды того, что она действовала храбро и спасла свой народ и себя.

Но это вычисление, как и то, в котором Есфирь могла предвидеть итог открытого противостояния с Аманом, не совсем раскрывает всю сложность выбора Есфири. Как я уже обозначал, она не могла быть уверена даже в том, что царь удостоит ее аудиенции. В конце концов, уже прошло тридцать дней с тех пор, как она последний раз видела Артаксеркса.

То, что Есфирь, в конце концов, преодолела свои опасения, может быть приписано не столько ее характеру, сколько ее хитроумному расчету. Хотя ее оценка всей ситуации была верной, Есфирь была осторожна и сдержанна в применении своей стратегии:

Все еще отказываясь открыть свои желания, Есфирь шла окольными путями: