Читаем Библейская правда полностью

Давид приводил Анхусу богатую добычу: мелкий и крупный скот, приносил драгоценности. Но ни разу не привёл рабов. Он не оставлял в живых свидетелей своих набегов. Мнимый предатель иудеев, на самом деле, предавал своего нового благодетеля. То есть, был двойным агентом — диверсантом.

«И опустошал Давид ту страну. И не оставлял Давид в живых ни мужчины, ни женщины, и не приводил их в Геф, говоря: они могут донести на нас и сказать: „так поступил Давид и таков образ действий его во всё время пребывания в земле Филистимской“ (1. Цар. 27. 11).

Не оставлял никого в живых? И не приводил рабов? Но как же он отчитывался о проделанной работе? И что же, Анхус ни разу не спросил его, где пленники, где рабы, где девственницы? Разве он не нуждался в рабах? Вот вам ещё одно страшно — смешное место в очень серьёзной и очень святой Библии!

____________________

Филистимляне вновь пошли войной на Саула. Анхус, полностью доверяя Давиду, назначил его своим телохранителем. Растроганный таким доверием, Давид обещал положить голову за царя.

Скорее всего, он намеревался передать Анхуса в руки израильтян живым или мертвым. Но ему не удалось обмануть бдительность остальных филистимских военачальников.

«Князья Филистимские шли с сотнями и тысячами. Давид же и люди его шли позади с Анхусом. И говорили князья Филистимские: это что за Евреи? Анхус отвечал: разве вы не знаете, что это Давид, раб Саула, царя Израильского? Он при мне уже более года, и я не нашёл в нём ничего худого со времени его прихода до сего дня.

И вознегодовали на него князья Филистимские, и сказали ему: отпусти ты этого человека, пусть сидит он на своём месте, которое ты ему назначил, чтоб не шёл с нами на войну и не сделался противником нашим в войне. Чем он может умилостивить господина своего, как не головами сих мужей?» (1. Цар. 29. 2— 4).

Анхусу очень жаль было расставаться с верным телохранителем, который «был в его глазах как Ангел Божий», но он не мог идти против большинства. И правильно сделал. Иначе очень скоро расстался бы не только с иллюзиями, но и с головой.

Саул, услышав о приближении филистимлян, очень испугался.

Самуил, руководивший его действиями, умер, как будто назло ему. Суеверный Саул не мог обратиться ни к колдунам, ни к магам, ни к прорицателям, поскольку всех их, по требованию Саула, изгнал из страны. С большим трудом удалось отыскать дряхлую спиритистку, которую он упросил вызвать дух Самуила. Но Самуил не стал давать никаких советов своему заклятому врагу. Он не скрывал недовольства тем, что его оторвали от неотложных дел в небесной канцелярии.

«И сказал Самуил Саулу: для чего ты спрашиваешь меня, когда Господь отступил от тебя и сделался врагом твоим? Господь сделает то, что говорил через меня: отнимет Господь царство из рук твоих, и отдаст его ближнему твоему, Давиду» (1. Цар. 28. 16— 17).

____________________

Пока Давид с дружиной отсутствовали, амаликитяне с юга напали на Сакелаг, разграбили и сожгли его, а женщин и детей увели в плен. Среди пленённых были две жены и два сына Давида. Дружинники его взбунтовались, и едва не побили вожака камнями. Многие из них лишились своих близких. Они обвиняли Давида в том, что он оставил город без охраны, проявил преступную халатность. Жизнь нашего героя была в опасности.

И тут Давид предпринял шаг, свидетельствующий о большой силе духа и жизненной стойкости. Он приказал священнику Авиафару, чтобы тот облек его в священнический ефод. Это было грубым, преступным нарушением закона, данного Богом Моисею на горе Синай. Священническую одежду мог облекать только левит. И не простой левит, а только прямой потомок Аарона. Но Давид был на краю гибели, он не видел другого способа, как восстановить свой авторитет у озверевших от горя дружинников.

Как оказалось, это был переломный момент в его биографии, богатой яркими событиями.

Надев ефод, Давид получил возможность — первым среди царей всей мировой истории! — напрямую общаться с Богом. Не прибегать к помощи посредников: священников, пророков, магов и прочих толкователей и переводчиков Слов Господа Бога. Ведь эти посредники толковали Божьи слова к своей выгоде, вмешиваясь в политику государства и руководя действиями царей. Во все годы правления Давида и Соломона священники были отодвинуты на задний план. Оба царя советовались не с ними, а со своими главными военачальниками и уважаемыми в народе старейшинами. В особо важных случаях царь обращался прямо к Богу. И сам мог истолковывать Его слова, а чаще всего — молчание, так, как ему это было нужно.

Впоследствии, став царём, Давид сосредоточил в своих руках все три власти: светскую, духовную и судебную. Такое единоначалие позволило ему создать крепкое государство, самое сильное в те времена на Ближнем Востоке.

____________________

С этого момента любое слово Давида воспринималось его подчинёнными, как слово Божье, противиться которому невозможно.