Читаем Безупречный враг полностью

Наконец, когда Тоими готов был признать разумным и даже неизбежным движение сквозь Ловушку на запад, вода качнулась, прошелестела в гротах.

— Тетя Ютэо пригнала волну, — авторитетно заявила Онэи.

— Все-то ты знаешь, маленькая энэи, — порадовался аоори. — Смотри: нехорошие дяди гасят факелы. Твоя тетя очень не любит воинов в красных с золотом одеждах.

— Теперь остается не наделать глупостей напоследок и дождаться Боу, — бледно улыбнулся Тоими.

И едва слышно напел мелодию, начиная поиск. Довольно скоро ему отозвался знакомый голос. Почтовка поднырнула под низкий свод коралловой арки и встала рядом, борт в борт. Араави внимательно осмотрелся, убеждаясь: все целы. Подтвердил, что воины газура ушли, совсем покинули пролив, освободив выходы из Ловушки. Присутствие сирина они сочли чересчур опасным…

Две лодки довольно долго петляли в скалах, а когда они наконец достигли выхода из Ловушки, путь к большой воде оказался обозначен широкими рыжими дорожками факельных бликов. Лоота дозволила воинам большой лодки больше не таиться и осветить пролив.

Назад, к Гоотро, небольшой флот храма шел без спешки. Онэи снова задремала и не заметила, когда ее обожаемый хранитель провалился в лихорадочное забытье. Тоими утратил сознание, едва поверил окончательно, что угроза миновала. Петь в Ловушке, гибельной для сирен, он смог. Но знал с самого начала и цену, которую придется заплатить за полную ночь звучания, достаточно сильного, чтобы защитить лодку со всеми людьми на борту от атак опытных сирен газура. Без помощи лучших лекарей и сирен итогом стала бы верная потеря голоса и даже, весьма возможно, расстройство рассудка. При должном уходе и под присмотром — «всего лишь» беспамятство, затем головная боль, жар и многодневная слабость. Проснувшаяся малышка Онэи жалобно вздыхала и до смешного усердно поправляла теплую мягкую ткань, укутывающую ее обожаемого хранителя. Щупала его лоб, пробовала напеть в ухо колыбельную и тем облегчить страдание.

Араави сел рядом с поникшей и испуганной женой владыки Роола:

— Очень прошу вас, славная энэи, впредь не покидайте главный храм. И не отрицайте столь резко угрозы, привидевшиеся мне, трусливой сушеной акуле.

— Простите. Я так напугалась, что Онэи пострадает!

— Ругать вас невозможно, вы едва держитесь на ногах. Придется действительно простить…

— Впереди лодки газура, и больших боевых теперь гораздо более тех трех, что преследовали госпожу, — спокойно сообщил Боу, рассмотрев зарево фонарей и факелов в проливе. — Все как вы предполагали, араави, нас ждут. Точнее, вас.

— Чем я так окончательно нехорош, по его мнению? — проворчал Граат, имея в виду газура.

— Вы стали слишком добры в последнее время, — тихо и настороженно процедила сквозь зубы Лоота. — Знаете ведь, надо давить подлеца с северных островов. А прежде того прочесать до последней заводи восточные и вытравить оттуда заразу влияния Гооза. Прикажите — и я займусь.

— Ты сегодня весьма решительно настроена, — отметил Граат. — И, увы, во многом права. Особенно в отношении Гооза. Боу, пусть зажгут дополнительно фонари. Самое время поставить его великолепие Оолога в известность о некоторых переменах в храме, ускользнувших от внимания доверенного ваура, не слишком усердного в тайных делах, не сулящих личного обогащения.

Хранитель распорядился и бережно извлек со дна лодки ларец, открыл его, разгреб пушистый, густо подкрашенный синим слой тонких сухих водорослей. Их плотный волнистый ворс выстилал дно, укрывал стенки и оберегал от малейшего повреждения священное для храма содержимое ларца. Как полагал газур, перламутровый жезл, бесполезный и даже весьма опасный при использовании вблизи океанских вод. Ваур твердил: для жезла самолюбивый выскочка с западных островов заранее заказал чересчур просторный ларец. Готовился к принятию полноты власти.

Эраи Граат благоговейно склонился и осторожно погладил пальцами посох. В свете факелов и фонарей коралл выглядел удивительно красивым. Он переливался алым огнем, порой темнея или, наоборот, вспыхивая радужными бликами.

— В эту поездку на восток Роол взял жезл запада, — пояснил Эраи молчаливо дрогнувшей бровью Лооте. — А разве ты не знала?

— С полным усердием не догадывалась, — ядовито заверила сирена.

— Молодец. Бери две самые быстрые лодки и плыви к Роолу, пока догадливых не стало больше, чем следует. Расскажи все и проси вернуться, хотя бы ради маленькой Онэи. Сама же прими под начало наших людей на востоке и займись тем, на что так усердно напрашивалась.

— До последнего камня, случайно выглянувшего из воды при отливе, я прочешу их сытые и богатые острова, — чуть растягивая слова, заверила Лоота и улыбнулась. — С усердием.

— Иногда я сам опасаюсь тебя, — отметил Эраи.