Читаем Безупречный элемент (СИ) полностью

Камин холоден и пуст, даже золы не было в нем. Пустой оказалась и библиотека, то есть всё в ней оставалось по-прежнему — стеллажи, книги, диваны и кресло — не было лишь Вагнера. Слегка разочарованная Фреда, раздумывая, покрутилась на месте и покинула комнату. Выйдя в коридор, направилась привычным путем, в холл с арочными проходами, но где-то в середине пути, там, где нужно было свернуть, уверенно пошла прямо.

Она шла, пока в торце неожиданно удлинившегося коридора не уперлась в двухстворчатую дверь. Потянув ручку, не надеялась, что дверь поддастся, но тяжелая створка послушно приоткрылась, являя в проеме скудно освещенный кусочек какого-то помещения. Фреда раскрыла дверь шире — перед ней оказался еще один коридор, поуже и темнее, чем тот, где она сейчас находилась. Стены отделаны потемневшими от времени деревянными панелями с укрепленными на них тускло горящими, тронутыми патиной бронзовыми светильниками.

Фреда шагнула вперед и прикрыла за собой дверь. После недолгого раздумья направилась налево, в ту часть прохода, что казалась длинней и терялась в полумраке. Она не задавалась вопросом, куда направляется, ее влекло обычное любопытство.

Дойдя до конца, Фреда обнаружила проход с ведущей вниз металлической винтовой лестницей. Спускаясь по ней, девушка постаралась очистить свой разум и просто шла, зная наверняка лишь одно — она обязательно куда-нибудь придет.

Лестница, словно располагавшаяся в круглой каменной башне, уводила все ниже, поворачивая по часовой стрелке. Наконец, Фреда ступила на выложенный камнем пол и оказалась в мрачном пространстве неопределенной формы и размера, скудно освещенном единственным светильником возле лестницы. Звуки гулко отражались от каменных стен и сводчатого потолка, тонувшего во мраке. Остальное пространство погружено в темноту, и Фреда почти ничего не могла разглядеть, лишь где-то впереди различала редкие пятна света, словно там горели свечи. Можно продвигаться от пятна к пятну, надеясь куда-нибудь прийти, или вызвать шар света и осмотреться получше, но Фреда почему-то отмела эту возможность и пошла в произвольно выбранном направлении.

Решив, что оказалась в обширном подземелье, она передвигалась от одной свечи, закрепленной в канделябре на стене, до другой, и так дошла до возникшего в каменной стене проема, с льющимся из него слабым, мерцающим светом.

Фреда осторожно заглянула в проем, стараясь не обнаружить свое присутствие, и застыла, оцепенев и онемев от каскада чувств, накатывавших одно за другим.

В большом, а может быть и в очень большом зале — его неразличимые границы тонули во тьме — походившем на помещение средневекового замка, где все было сплошь из гладкого темного камня, на полу был начертан большой светящийся круг. За пределами этого круга расставлены каменные столбчатые опоры, с укрепленными на них чашами, в которых курился синеватый дымок, пластичный и однородный, как волнуемая ветром тонкая ткань. Присмотревшись, Фреда увидела, что круг состоял из внешней и внутренней окружностей, пространство между которыми заполняли загадочные знаки и символы, испускавшие равномерное свечение. На некоторой высоте от пола свет от круга смешивался с дымом из чаш и уходил ввысь в виде сияющего столба с извивающимися в нем прожилками перламутровой мглы.

Первоначальное удивление и любопытство Фреды сменились высшей степенью изумления, когда внутри столба света она разглядела фигуру, парящую в воздухе.

Двигаясь в плавной, едва заметной амплитуде, словно мягко пружиня вверх-вниз, метрах в трех от пола завис обнаженный мужчина.

Фреда широко раскрыла глаза и невольно приоткрыла рот, узнав в этой странной инсталляции Вагнера.

Абсолютно голый, с откинутой назад головой и поднятым вверх лицом, он казался призрачным изваянием с совершенными формами. Широкие прямые плечи, мускулистый торс, переходящий в узкие бедра и сильные, стройные ноги. Руки опущены вдоль тела и повернуты ладонями вперед.

Кожа его приобрела голубоватый оттенок, глаза были закрыты, лицо застыло. Он, наверное, пребывал в каком-то трансе, полностью отключившись от внешнего мира, а Фреде показалось, что она видит Вагнера мертвым и ее передернуло от этой мысли.

Фреда продолжала стоять и смотреть, не в силах отвести взгляда и, понимая, что заглянула куда-то за невообразимые пределы, куда и не мыслила заглядывать никогда и ни при каких обстоятельствах. Она даже не подозревала о существовании чего-то подобного. Просмотренные по телевидению шоу талантливых иллюзионистов не в счет — то была лишь иллюзия, и Фреда это прекрасно понимала, хотя и восхищалась визуальными эффектами и мастерством исполнителей.

Но сейчас никаких иллюзий не было, все происходило наяву, с реальными, физически ощутимыми сильнейшими энергетическими волнами, идущими от завораживающей инсталляции в виде красивого обнаженного мужского тела, легко и свободно парящего в столбе света и танцующей пелене дымка. И это был Вагнер. Тот самый, которого она до сих пор видела всегда облаченным в его безупречные пиджаки и джемпера и с непроницаемым лицом.