— Послушайте, Вагнер, — повернулась она к вампиру, — не знаю, способны ли вы еще понимать тонкости человеческого восприятия, помните ли еще слабости людей и то, как они ощущают этот мир и происходящее в нем, но то, что вы мне сейчас наговорили, пока никак не хочет укладываться в моей голове. Все настолько чуждо, нереально, и мне трудно, а точнее невозможно, в это поверить. Все это так…

— Противоестественно и неправдоподобно. Понимаю, — отозвался Вагнер. — Вам нужно время и еще что-то, чтобы осознать. Пусть и не принять, но хотя бы начать считаться с вероятностью того, что такое возможно. Дайте шанс произойти этому.

— Как?! — воскликнула Фреда. — Это совсем иное измерение, в котором я и дышу-то с трудом… Мне и сейчас упорно кажется, что вы меня дурачите. Вот только для чего…

— Я не дурачу вас. В этом нет никакой необходимости. — Вагнер поднялся со своего кресла и приблизился к собеседнице. — И в достаточной мере представляю, что чувствуют люди, попадая в странные и опасные обстоятельства. Поэтому я с вами не стану спорить и ни в чем больше не буду убеждать, а предоставлю возможность во многом разобраться самой, — заявил вампир.

— Как великодушно с вашей стороны, — с невеселой иронией проговорила Фреда.

— Не стоит благодарности, — в тон ей отозвался Вагнер. — Эрцгерцог вызывает меня для доклада о том, как обстоят дела с вами, — вдруг без перехода добавил он.

— И как со мной обстоят дела? Что вы скажете ему? — поинтересовалась равнодушно, не отрывая взгляда от пламени в камине.

Вагнер был довольно высок, строен и широк в плечах, но совсем не могучего телосложения и не столь внушительного роста, чтобы вызывать ощущение исключительной силы и мощи. Однако сейчас Фреде казалось, что вампир навис над ней темной глыбой. Регент ощущался как сгустившаяся тень, фрагмент тьмы. Фреда почувствовала внутренний холодок, словно в ее самообладании образовалась брешь, через которую проникает страх, делая уязвимой, слабой и покорной.

— Не все так просто, — ответил вампир.

— Да кто б сомневался… — пробормотала Фреда.

— Именно, — подтвердил Вагнер, — я подчиняюсь не только Краусу. Надо мной стоят иные крайне влиятельные фигуры. Их мнение и будет решающим.

— Что за «фигуры»? Еще более вампиристые вампиры? — съязвила она.

— Намного более вампиристые, — подтвердил Регент. — Зовутся Аспикиенсами, их трое. Они стоят во главе всех, кто наделен Магией крови, и при этом совершенно обособлены — Краусу практически не подчиняются. Аспикиенсы не вмешиваются в политику, экономику и социальную сферу нашего сообщества. Они наблюдают, анализируют, распоряжаются, следят за выполнением их решений, поощряют и наказывают. От их слова зависит ваша судьба. И моя тоже.

— Инквизиция какая-то, — сказала Фреда. — Вы специально меня запугиваете? Не нужно пытаться сделать меня более покорной и уязвимой. Напрасные старания. Я не из трусливых, как вы убедились, и одинока, как вам известно. Мне нечего терять, поэтому шантаж отпадает.

Произнося это, Фреда с недоверием наблюдала, как лицо Вагнера чуть расслабилось: исчезли тени, залегшие вокруг сурово сжатого рта, взгляд стал менее резким. Он посмотрел на нее… почти ласково, но очень быстро все это скрылось за непроницаемой завесой его привычной невозмутимости.

— Вас пугать — довольно рискованное предприятие, — отозвался вампир. — Я просто посвящаю вас в то, как обстоят дела. Как бы там ни было, но вам необходимо научиться ориентироваться.

— Понятней мне не стало, уж извините, — огрызнулась Фреда. — Что-то мне совсем не приглянулось, что мою судьбу собираются решать какие-то Ас…. пикси… Как вы их там назвали?

— Аспикиенсы, или Смотрящие. Хотите — верьте, хотите — нет, но здесь без вариантов. Во всяком случае, позволить решать вашу дальнейшую судьбу Краусу — едва ли не худшая версия из всех возможных, — заметил вампир, понижая голос.

— Почему это?

— Его Светлость очень неравнодушен к разного рода диковинам вроде вас. Страсть наместника — коллекционировать и использовать всех и всё, кто его окружает или попадает в поле зрения, с максимальной выгодой. Хотите иметь дело с Краусом? Извольте. Он вцепится в вас мертвой хваткой.

— Ни с Краусом, ни с вашими этими Ас… Смотрящими, ни с вами я иметь дел не желаю, — решительно заявила Фреда. — Но, если придется выбирать, предпочту тех, кому буду больше доверять.

— И каковы же критерии вашего выбора? — поинтересовался Вагнер.

— Так я вам и сказала. Возьму пример с этих ваших Смотрящих — не вмешиваюсь, наблюдаю, анализирую — а там посмотрим. — Говоря это, Фреда медленно двинулась вдоль стеллажей, ведя рукой по книжным корешкам.

Она не видела, как разгладилось лицо Вагнера, как смягчился и ярче засиял взгляд, неотрывно следивший за ней. И Фреда не заметила, как он сделал едва уловимое движение, подавшись вперед, словно на миг уступил невидимой силе, повлекшей за собой.

Глава 10. Кто ищет, тот найдет