Читаем Безупречный элемент (СИ) полностью

— И неспроста. Вам и не давали соприкасаться ни с кем, обрабатывая потихоньку в одиночестве. От других адептов можно получить информацию, которая сбила бы с толку, породила сомнение, заставила посмотреть на ситуацию по-иному. А вас индивидуально уломали. Это звучит двусмысленно и грубо, но я знаю, о чем говорю. Так они поступают с особо ценными кандидатами в члены их драгоценного Ордена.

— Тогда зачем же Вагнер сам предложил мне уехать из Чехии? — вскинулась Фреда. — Он дал деньги и документы, чтобы я могла уехать и скрыться от этих тошнотных Аспикиенсов! От Ордена! Зачем ему это делать, если он меня собирался и собирается использовать?

— Гм… — нахмурилась Метте, — а вот такой нескромный вопрос — вы с ним кровью обменивались?

Фреда яростно тряхнула головой, и ее отливавшие жемчужным блеском волосы при свете полной луны казались покрытыми инеем.

— Впрочем, можете не отвечать, — поспешно добавила Метте. — Просто знайте: если обмен кровью состоялся, то никуда вы от него не денетесь до скончания века. Вампир-маг способен привязывать к себе человека, даже не обращая его, а только обменявшись с ним кровью. Такова их природа, такова сила их крови.

— Ну, а как же ритуал? — не глядя на Метте, проговорила Фреда. — Ведь, чтобы связь заработала как надо, нужен ритуал…

— Сам обмен кровью — это ритуал. Сама их кровь — это магия. Они с момента создания пропитаны ею. Сила крови всех, состоящих в Ордене такова, что не нужно никаких заклятий и прочей магической шелухи, чтобы создать пожизненную привязку. И, кстати, если обмен состоялся во время секса, то эта связь еще прочнее и полнее. Она уже основана на чем-то более интимном. На мощной индивидуальной энергетической составляющей, которая возникает только при сексуальном контакте. И чем старше вампир, тем сильней эффект, — мрачно ответствовала Метте.

Фреда нахмурилась, засунула руки в карманы и поежилась на зимнем ветру. Она молчала, сдерживая рвущееся возмущение, решив выслушать все, что ей скажет рыжая нахалка.

— Они так метят особенно интересных из тех, кого хотят сделать себе подобными, — продолжила тем временем норвежка. — Лично мне трудно назвать это любовью, искренней привязанностью или чем-то таким. Почти всегда такие меченые становятся одержимыми своими хозяевами. Кровь вампира-мага на некоторых вообще действует как галлюциноген, как наркотик. Думать о своем хозяине, хотеть его, стремиться к воссоединению снова и снова — вот какими они могут стать. Хотя бывают и редкие исключения. У некоторых проявляется устойчивость, вроде иммунитета. Иногда связь возникает на время, а потом исчезает. А кто-то вообще не усваивает кровь вампира-мага, отторгая её после приема. У вас ничего такого не…? — и она замолчала, увидев, как сверкнули в темноте глаза собеседницы.

— Почему вы все это мне говорите? — процедила Фреда. — Там, в Норвегии вы мне сказали, чтобы я не боялась ничего и… его. Почему сейчас?..

— Потому что тогда я еще не знала всего про вас. Следовало бы, конечно, предостеречь еще тогда, но я не думала, что все с вами так далеко зайдет. Да и вы мне были безразличны. Так, очередное поручение. Ответная услуга за услугу Вагнера. — Метте вскинула голову и оценивающе воззрилась на Фреду. — Вы мне понравились. Я хотела вас предупредить позже, но не успела. Вы не безликая, не овца, какими были все прочие… — Метте замолкла.

— Так вот, что вы имели в виду на самом деле, когда говорили, что я первая за много лет, кого Вагнер направил в такое место… — Фреда, прищурившись, посмотрела на Метте. — До меня были и другие… овцы. Но вы мне так и не ответили, зачем по-вашему он сам предложил мне уехать и скрыться? Я не понимаю…

— Да что тут непонятного! — вспылила Метте. — Это проверка вашей связи. Насколько она прочна, как действует. Не будьте вы, в самом-то деле, овцой, Фреда! Вы бы все равно или сами вернулись, или он бы вас без труда отыскал и снова препроводил в Цитадель под свое бледное крылышко.

— Но он предложил мне сбежать еще до того как…

— И вы думаете, что это проявление благородства, которое вы пробудили в его спящей мертвым сном душе? — фыркнула Метте. — Вампиры — страшные хитрецы по своей природе. Это, милая, пиар — ход, чтобы набрать очков в свою пользу, еще больше уверить вас в своем бескорыстии. Заставить вас максимально расслабиться, перестать бояться и сомневаться в искренности его «добрых» намерений и чувств. Так вы действительно расслабились и поверили ему настолько, что улеглись к нему под холодный бочок, надеясь согреться. Добровольно, надо полагать. Он — манипулятор. Они все манипуляторы. Если не зачаровывают, превращая ваш мозг в кашу, так играют с вами, словно кошка с мышкой. На вас ведь зачарование не действует? Тогда побегайте по крысиному лабиринту, а они понаблюдают. Да не сверкайте на меня глазами! Я говорю с вами откровенно. И если нет еще связи на крови, то все равно что-то есть. Не знаю… Метка какая-то…

— Какая же это… гадость, — Фреду затошнило от отвращения и разочарования.