Читаем Безумное благо полностью

Вечером вы пригласили нас поужинать в порту. Ресторан был забит до отказа. Вы правильно сделали, что заказали столик заранее. В зале подростки играли в американский бильярд по сто лир за очко. Метрдотель проводил нас к столу на террасе. Он вытащил из бокала бумажку, на которой было написано имя — совсем не то, которое вы нам назвали. Я спросил себя, уж не шпион ли вы. Не дожидаясь, вы заказали для всех «Кампари».

— Жаль, что здесь нет кинотеатра. Я хотел бы посмотреть итальянский фильм в кинотеатре под открытым небом.

Мод, доедавшая пиццу, кивнула с набитым ртом. Она весь день не причесывалась. Волосы ее выцвели от солнца. А может от морской воды? За ужином она легонько стучала кулаком вам в плечо. У нее такая привычка с людьми, которых она ценит. Как бы проявление нежности. Поначалу Мод все время так со мной делала. В первый раз вас это немного обескуражило. Вы почесали лопатку. Ваша племянница пришла в восторг от моих часов с наклонными цифрами на циферблате. Она хотела такие же.

Если Мод суждено было меня бросить ради другого, я готов был держать пари, что она уйдет к тому парню, ужасно обгоревшему на солнце. Особенно досталось его плечам. Она приметила его, когда он сидел на своем полотенце с зеленым рисунком. Он хорошо плавал. Было видно, что он с детства участвует в соревнованиях. Баттерфляй, брасс, кроль на спине — он умел по-всякому. Больше мы его не видели.

Острова. Не говорите мне больше про острова. А ведь когда-то я их любил. До вас у меня были только приятные воспоминания. Я так и вижу Мод на Джиглио, на надувном матрасе в тот день, когда появились медузы, огромные серебристые медузы размером с купол Дворца Инвалидов. Я так и вижу ее на Форментере, на надувной лодке, у которой спускал один из баллонов. Она тщетно дергала за веревку мотора, пытаясь привести в действие девять с половиной лошадиных сил. Я вижу, как она пьет капуччино на пирсе на Фанареа, в окружении маленьких повозок, поджидающих вечерний катер и его пассажиров. Вижу ее на Сими, как она с гримасой отвращения жует лапку осьминога, сочащуюся оливковым маслом. Вижу ее на Понце — нет, я не вижу ее на Понце. Когда я возвращаюсь мыслями к Понце, я вижу только вас. Вы мне все испортили. Вы загораживаете мне экран. Отойдите, черт побери. Да, отвали, старик. Если ты поторопишься, тебя, может быть, простят. Давай, шевелись, говорю тебе.

Билетами занималась Мод. Она заметила фотографию этого места в витрине туристического агентства. Этого ей было достаточно, чтобы открыть дверь и войти. Она назвала даты, я согласился. Понца поразила дикой красотой. Пляжи, по большей части недоступные со стороны суши, отвесные прибрежные скалы, двурогие утесы, словно выцарапанные каким-то доисторическим чудовищем, бесконечный тропический горизонт, белесый от жары. Почти нет машин. При большом желании остров можно было обойти пешком за день. Тем не менее, пришлось арендовать скутер. В порту размалеванная брюнетка продавала рыболовные снасти. Оборудование для подводного плавания располагалось у стены справа. В глубине рядами стояли удочки разной длины. Спиннинговые катушки были выставлены в застекленном шкафу. В углу несли караул желтые баллоны с кислородом. Неплохой выбор масок и трубок. Мотки тросов свешивались с потолка.

Отель нависал над бухтой. Ночью на балконе раздавался треск неведомых насекомых. Это был мягкий и волнующий шум в темноте. Мод ко мне прижималась, несмотря на мои солнечные ожоги. Вдали над морем блестели огни. Видимо, там было побережье. Неужели побережье так близко? Днем ничего нельзя было различить.

Поначалу наши отношения сохраняли этот характер нерешительности. Мы не осмеливались сделать некий шаг. Всякий раз мы словно начинали с нуля. Нередко возникало молчание. Можно было подумать, вы что-то скрываете. Мы часто ужинали за одним столом. Ваша племянница засыпала, даже не дождавшись десерта, уронив голову к вам на колени. Через какое-то время я заметил, что у вас никогда не было с собой книги. Мне это показалось странным. Все читают на отдыхе. О чем вы думали весь день? Как вам удавалось не скучать? После пляжа Зоэ шла смотреть по телевизору мультики на итальянском языке. Они одинаковы во всем мире, не обязательно понимать слова.

Кроме шуток: я никак не рассчитывал наткнуться на соперника Набокова. Мод, знаете ли, слегка старовата для Лолиты. Она скрывает свой возраст. А вы? Скоро восьмой десяток. У семидесятилетних писателей еще стоит? У меня нет времени, подробно излагать вам все, что у меня на сердце.