Читаем Безумие полностью

Двадцать минут спустя я оказываюсь в автобусе с неисчислимым количеством фанаток. Мы подвозим огромное количество людей в маленький клуб на другом конце города, и я, мрачная, сижу от них так далеко, как только возможно. Меня не покидает странное чувство ревности и... собственничества. Я абсурдно чувствую себя так, словно это мои ребята, мой автобус. Мой друг, который в данный момент находится в окружении полуголых сучек. Когда мы только зашли в автобус, Адам пытался заставить меня сесть рядом с ним, но я искренне полагала, что уж лучше я выколю себе глаза и уши вилкой, чем еще большая доза хихиканья Мишель врежется в мою долгосрочную память.

Я сижу на самом угловом диванчике, погрузившись в себя и пытаясь не глазеть ни на Мишель, ни на других девушек, флиртующих и развлекающих Адама. Хотела бы я ехать вместе с ним в его машине, а не в этом грязном шлюхо-фургоне. Я знаю, что это тот же Адам, с которым я провела почти каждую свободную минуту за последние два дня, но... сейчас он кажется другим. Недоступным. Волнующим.

Сердцеразбивающим.

Я кусаю внутреннюю сторону губы, глядя в темное окно. Вижу знакомые здания и магазины. Так как мой город слишком маленький, Фэйрвью – то место, куда все едут. Хочешь в кино, на шоппинг, в ресторан – отправляйся в Фэйрвью. И я точно знаю, куда мы направляемся, потому что Ди бесчисленное количество раз тащила меня туда. “Эмили” – маленький клуб в западной части города. В нём есть бар, танцплощадка и диджейский пульт, но кроме розового освещения, в нём нет ничего особенного.

Когда автобус останавливается на парковке, у меня не получается достаточно быстро выбраться из него. Пробираясь по проходу, я едва не спотыкаюсь о ногу Джоэля, и Адам с любопытством смотрит на меня, когда я прохожу мимо него. Мне отчасти хочется стереть этот взгляд с его глупого лица. Девочки первыми вываливаются из автобуса, повиснув на ребятах из группы и даже на помощниках. Они хотя бы знают в чём долбанная разница? Кстати, Водила отшил одну из шлюшек — думаю, это означает конкретное “нет”.

Майк становится рядом со мной, и мы наблюдаем за тем, как другие гуськом выходят из автобуса.

– Думаю, я сначалу пойду на другую сторону улицы, чтобы купить что-нибудь поесть, – говорю ему. Буквально через дорогу находится небольшая пиццерия, которая работает допоздна. Они хорошо зарабатывают на посетителях клуба, которым нужно протрезветь, прежде чем ехать домой.

– Слава Богу, – отвечает Майк. – Я с тобой.

– Эй, Адам! – кричу. Он поднимает взгляд в поисках меня, стоящей через несколько людей. – Встретимся позже. Мы с Майком собираемся перекусить.

Адам пробирается ко мне через толпу. Мишель следует за ним по пятам.

– Хочешь, чтобы я пошел с вами?

– Не-а, – импульсивно отвечаю я, не желая, чтобы он чувствовал себя обязанным нянчиться с бедной занудной репетиторшей, которая совершенно не вписывается в компанию. И кроме того, последнее чего я сейчас хочу – ужинать с Мишель или любой другой из девиц, практически пускающих по нему слюни.

– Мы, скорее всего, управимся минут за двадцать.

Адам переводит взгляд с меня на Майка, затем обратно.

– Уверена?

– Да, всё в порядке. Увидимся позже.

Мишель уже легонько тянет его в сторону толпы, направляющейся в клуб. На ней короткая юбочка и босоножки на супер высоком каблуке. Отчасти надеюсь, что она споткнется и так сильно разобьет колени, что ей придется ампутировать ноги.

Ладно, нет... это ложь.

Я действительно надеюсь, что это произойдет. Пожалуйста, упади. Пожалуйста, упади. Пожалуйста, упади.

– Хорошо, – отвечает Адам, прерывая дурную карму, которую я отчаянно себе зарабатываю. – Увидимся через двадцать минут.

Я выдавливаю улыбку, отворачиваюсь от него и вместе с Майком перехожу дорогу в неположенном месте.

– Терпеть её не могу, – бормочу я, как только мы пересекаем желтую ограничительную линию.

Он посмеивается.

– Девушку с Адамом?

– Мы вместе ходили в школу. Королева выпускного бала и прочее дерьмо. Она такая фальшивка.

– Это его типаж, – Майк пожимает плечами.

Я хмурюсь и закрываю свой рот. Разговор пошел не в то русло.

Внутри Майк заказывает нам пиццу. Мы забираем простую сырную пиццу, так как она уже готова, после чего занимаем свободный столик.

– Боже, как же я голодна, – произношу я, выбирая большой кусок с сырными пузырьками – мой любимый.

Майк кладет три куска на бумажную тарелку и посыпает их дополнительной порцией орегано и красного перца.

– Я живу ради пиццы.

– Если бы ты оказался на необитаемом острове и должен был питаться только тремя видами еды всю оставшуюся жизнь, – спрашиваю я, пережевывая толстый кусок сырного совершенства, – что бы ты выбрал?

Майк слегка прищуривается, жуя кусок и обдумывая мой вопрос.

– Пиццу… – он делает паузу. – Пиццу… – снова делает паузу. – И пиццу.

– Превосходный выбор, – смеюсь я.

Он улыбается, откусывая кусок.

– Что насчет тебя?

Когда первым пунктом я называю пиццу, он широко улыбается мне.

– И клубничные блинчики, – добавляю я, – иии... ммм... что еще... А! Мамино печенье.

Майк смеется.