Читаем Безоблачное небо 2 полностью

Кайра Лэн. Вечно возмущенная и лохматая. Вечно злая на меня и надменная. За день мы с ней ругались не меньше трех — четырех раз. Временами мне хотелось выгнать её из эскадрильи, а временами просто расстрелять. Но чем больше я с ней цапался на земле, тем больше доверял в воздухе. Из всех летчиков в эскадрильи у неё одной, кроме меня, был реальный боевой опыт. Поэтому постепенно Кайра становилась моим заместителем.

Как-то само собой получилось, что Алисия стала моей помощницей. Она вместо меня заполняла журналы, писала отчеты и занималась прочей никому не нужной бумажной ерундой, которую требовали со всех офицеров. В военной форме она выглядела непривычно и странно для меня. Алисия всегда была серой мышкой, всегда старалась быть неприметной и одевалась соответствующе, а тут, в светло-зеленой республиканской форме и голубом берете, она стала как-то строже и уверенней в себе. И даже где-то как-то симпатичней, хотя… кем-кем, а дурнушкой она как раз никогда и не была. Просто никогда не пыталась показывать свою красоту.

Я был уверен, что столкнувшись с военной дисциплиной, армейскими условиями и кучей чужих людей, Алисия не выдержит или хотя бы пожалеет о своем решении, но не тут-то было. В полк она вжилась гораздо быстрее и проще чем я, дисциплина её совсем не тяготила, а многие военные условности она воспринимала проще, без того внутреннего протеста, который был у меня после вольной жизни. Даже необходимость спать в общей комнате с другими девушками из эскадрильи её не смущала.

Мы несколько раз ругались. Я пытался её отпихнуть как можно дальше от боевых вылетов, но у меня ничего не получилось. С невиданным упрямством Алисия собиралась быть рядом со мной, и я мог лишь гадать, с чего ей это в голову взбрело.

Иногда в свободное время мы слушали радио и потом обсуждали политиков.

– Вот именно! Демоны никогда не осмелятся высадить десант! Это все жалкая попытка напугать нас и принять их условия! Но мы, народ Северной республики, никогда не поступимся свободой! Мы умрем все до последнего, но не сдадимся!

Раздались бурные аплодисменты.

— Конечно же… сам-то в тылу сидит, – проворчал я.

— Эти проклятые богами твари сколько угодно могут пугать нас! Мы не отдадим ни пяди земли нашей! Ни единого острова! Война! Война до победы!

— Слово предоставляется сенатору Эрну Гвилару.

– Война? А во сколько обойдется нам эта война? Мы уже потеряли более сорока тысяч человек! Практически весь наш флот, а вам все мало?! Надо начать переговор…

Слова сенатора заглушили возмущенные вопли, свист и крики «Трус».

– Да послушайте же вы, если демоны высадятся на берегу — что мы сможем им противопоставить? Наспех собранное ополчение?

– Вы забываетесь! Довольно! Я терпел вас, потому что у нас свободная страна, и каждый может высказывать свою точку зрения, но я не позволю вам оскорблять наших храбрых людей, взявших в руки оружие! Пока вы тут призываете к трусливой сдаче – они готовы умереть, но не покориться врагу!

— Правильно он говорит, это Гвилар просто трус! — возмущенно заявила Кайра.

— Он прав, – негромко произнес я. – Если начнется вторжение, здесь будет просто ад.

- Ну, ты-то точно спишь и видишь, как бы все продать демонам кроме твоей любимой-прелюбимой Гэльской провинции, – насмешливо фыркнула Кайра.

Я не стал с ней спорить, а вместо этого выключил радио и встал.

– Хватит отдыхать! Стройся!

Оглядев строй, я поморщился и коротко бросил:

– И это вот вы собираетесь разбивать армию Темной империи? Да она вас сожрет и проглотит не жуя! Вокруг поля три круга бе-егом марш!

Игнис Мора. Третья женщина с фамилией Мора в моей жизни. Как оказалась, это была едва ли не самая распространенная фамилия на юге континента. От природы яркая, рыжая, высокая и стройная с красивой фигурой. В ополчение записалась, потому что хотела стать военным летчиком, а в регулярную армию в Северной республике женщин не брали.

Рэн Гарт. Трус. Для меня большой загадкой было, зачем он вообще записался добровольцем в ополчение, тем более в штурмовую авиацию? Летать он умел, но при этом до смерти боялся любых рискованных маневров. Всегда осторожничал, бомбы сбрасывал с максимально возможной высоты, из пикирования выходил рано.

Алеф Когальский. А этот был полной противоположностью Рэна. Высокий, широкоплечий, с роскошной гривой черных волос, которую ему пришлось обрезать через пару дней. Девушки смотрели на него влюбленными глазами, а он их или не замечал или умело игнорировал. В воздухе же вел себя как задира и любил покрасоваться. Если Рэна я вечно подгонял, то его постоянно приходилось одергивать. Он любил выходить из пикирования буквально над самой землей.

Время шло, и народ постепенно расслаблялся. Паника первых дней после разгрома флота прошла, все громче звучали голоса тех, кто призывал к мести. А тех, кто говорил о том, что самое время начать переговоры, обвиняли в трусости. Во время полетов, я видел, что на побережье укрепления строятся медленно, а во многих местах лишь для вида насыпали валы и натянули местами колючую проволоку. Дотов и береговых батарей было всего ничего.