Читаем Безмолвная (СИ) полностью

ШиЕн, а это именно он прискакал мне на помощь, как всегда, в своём репертуаре — тупит не по-детски.

«Интересно, если меня грузовиком переедет, он аналогичный вопрос задаст или догадается скорую вызвать?»

А переехало меня, если верить ощущениям, знатно. Всё тело ноет как будто…его долго били ногами, что не удивительно. Ведь, почти так всё и было.

Шевелю конечностями — вроде, кости целы. Несколько раз глубоко вдыхаю. Тоже, всё в порядке: внутренние органы не болят, рёбра на месте. Я сильно помят снаружи, но не сломлен внутри! Протягиваю руку и поправляю сбившиеся на нос, от удара, очки. Кажется, те остались целые, во всяком случае, трещин на линзах я не замечаю.

— Они сбежали, — заметив, как я ворочаю головой влево-вправо, отвечает мальчишка на мой немой вопрос. — Ты идиотка! Я предупреждал не связываться с СоМин, но ты не послушалась. Скажи спасибо, что я заметил, как эта троица за тобой увязалась, и вовремя их остановил. Ты знаешь, что из-за тебя, я нарушил этот, как его… — нейтралитет! Я обещал не вмешиваться в их дела, а они — лезть в мои! Теперь, всё кончено!

«Вовремя? Интересно, а приди ты на пять минут позже, на труп бы наткнулся?» — невесело ухмыляюсь, осторожно ощупывая края разбитой брови. Засыпанная песком рана перестала кровоточить, но спокойнее от этого не становится. За чистоту местных пляжей я не поручусь, а вот за вероятность подхватить инфекцию — наверняка. Нужно срочно продезинфицировать её! Поднимаю пальцы выше — к повязке — и натыкаюсь на липкий бинт.

«Твою же ж!»

— Тебе в больницу надо, ты вся в крови, — выдаёт ШиЕн, гениальную, по своей очевидности, мысль. А то я не знаю!

Осторожно поднимаюсь на ноги. Голова отзывается свежим приступом боли на столь вопиющее нарушение покоя, и я стискиваю зубы.

— Давай, я помогу тебе идти. Я знаю, где можно умыться.

ШиЕн, не дожидаясь согласия, кладёт мою руку себе на плечо, и поддерживая за талию, тянет за собой. Не сопротивляюсь. Понимаю, что в текущем состоянии, самостоятельно, вряд ли далеко уйду.

Мы уходим с пляжа, и ШиЕн сворачивает к теплицам, подходим к ближайшей. Парень дёргает дверь — не заперто. Входим в абсолютно пустое помещение, и нас обдаёт потоком влажного, тёплого воздуха изнутри — словно в остывающую баню заглянули. Внутри — ничего интересного. Длинные ряды, укрытых плёнкой, грядок, навевают грустные воспоминания о минувших временах. В плёнке прорезаны круглые отверстия — под рассаду — сейчас, возвышающуюся над землёй сантиметров на тридцать. Приглядевшись, опознаю в растениях огурцы. Вода здесь и правда, имеется. Подаваемая по трубам, она используется для орошения и прочих сельхоз нужд. Я не уверен, что она много чище воды из ближайшего канала, но, во всяком случае, — пресная.

Сначала, я снимаю перепачканную налобную повязку — подарок Сонэ — затем, разматываю налившийся кровью бинт. Увидев его, ШиЕн округляет глаза. Ну да, он ведь не в курсе, что некоторые живут с титановой пластиной в черепушке. Недолго думая, сую голову под струю холодной воды из ближайшего крана — чего мелочиться? Смыв кровь и песок, жестами прошу парня глянуть, как там у меня обстоят дела, на макушке. По его физиономии, определяю, что не всё так страшно, как представлялось на первый взгляд, что он и подтверждает словами:

— Кажется, у тебя шов разошёлся в одном месте… Откуда у тебя такая рана? — добавляет он после паузы.

«Шальная пуля» — мысленно отвечаю ему, и принимаюсь расстёгивать пуговицы на рубашке. Свитер я оставил в школьном шкафчике, а теперь, собираюсь надругаться над пострадавшим в драке, последним из оставшегося на мне, предметом верхнего гардероба, благо, условно чистых полос с него можно нарвать предостаточно. ШиЕн, на этот раз, даже не пытается отвернуться. Пялится во все глаза на открывающийся вид на голые плечи и два холмика спрятанные под тканью бюстгальтера. Да так, что я начинаю понимать девчонок, требующих отвернуться. И вроде, срам прикрыт, но фраза «раздевать взглядом» предстаёт передо мной с новой стороны.

Подумываю было показать парню, мол, отвернись, но тот, решает проблему по-своему. Он стягивает с себя пиджак и протягивает его мне. Этот благородный жест, внезапно, вызывает целую бурю противоречивых эмоций, не свойственных ранней версии меня: от смущения до благодарности — исходящих откуда-то из груди.

«Не иначе, чрезмерное увлечение сотрясениями черепушки виновато. Выбивает из меня остатки себя — пофигиста» — решаю, забирая из протянутой руки спасительный кусок материи. Взамен, вручаю ему скомканную рубашку. Быстро накидываю пиджак, стараясь не испачкать в крови, лениво сочащейся из открывшихся, после душа, ран и с остатками воды сбегающей к подбородку, затем, освобождаю парня от ноши, осматриваю добычу… и наматываю её на голову подобно тюрбану, затянув рукава на затылке. Поднимаю голову, замечаю, как ШиЕн едва сдерживает улыбку. Вполне его понимаю, но, в отсутствии альтернатив, сойдет и творчество на грани фола. Домой бы поскорее добраться, а не разгуливать в таком виде по улице.

ШиЕн, снова берёт инициативу на себя.