Читаем Безмолвная (СИ) полностью

— Вы хотите сказать, она останется парализована? — находит новый повод для паники ачжумма. И что это значит — возбудима? Она, всё же, сумасшедшая?

— Нет, нунним, повреждения не вызвали паралич, — вздыхая от чрезмерной дотошливости собеседницы, отвечает ей доктор. — Девочка, частично потеряла навык ходьбы и некоторых движений. Всё это восстанавливается со временем. Нужны лишь регулярные тренировки. А её возбудимость проявляется очень своеобразно. Периодически впадает в истерики и норовит убежать. Это, даже, к лучшему. Её моторика быстрее восстановится. Но, сейчас нам пришлось зафиксировать её, дабы девочка не причинила себе вреда.

— Как, вы привязали несчастную к кровати?! — от возмущения у женщины округляются глаза, а сама она подаётся вперёд на стуле, нависая над доктором. Отпустите её, немедленно!

— Это невозможно, нунним. Успокойтесь. С девочкой всё в порядке. Ей просто нужен дополнительный контроль.

— Какой, ещё контроль?! Что вы там творите, вообще! Я этого так не оставлю! Я буду жаловаться в службу по защите детей. Нельзя так измываться над больным ребёнком!

— Это, для её же блага! — выкрикивает врач, вслед сорвавшейся с места ачжуммы. Но та, его уже не слышит, скрывшись за дверью кабинета.

В кафетерии малолюдно. Обеденный перерыв, хоть и касается всех, но, в действительности, большинство персонала клиники не успевает освободиться от своих обязанностей к его началу. Поэтому, зал посещается своеобразными волнами, приносящими по пять-десять человек за раз, которые, быстро перекусывают и убегают, снова спасать чью-то жизнь.

Чон ЮВон, закончив общаться с чересчур нервной ачжуммой, спускается вниз перекусить и привести в порядок разбегающиеся мысли. Через несколько минут, к нему присоединяется его коллега — нейрохирург, оперировавший странную пациентку — Ким ВонСу.

За время, после выхода из комы, эта немая барышня успела достать своими истериками весь персонал. И будь они следствием её характера, можно было бы списать их на подростковое поведение. Но, проведённое обследование выявило прямую связь, между остаточной отёчностью долей мозга и её припадками. Лекарства, снимающие отёк, помогали, но недостаточно быстро. А самое удивительное, что девочка не помнила своих похождений. Фиксационная амнезия как результат воздействия отёка. И ещё одна странность, седативные препараты на неё перестали действовать, через пару дней использования Абсолютно все, включая опиоиды. И это тоже являлось следствием полученной ею травмы черепа. Успокоить перевозбудившуюся пациентку стало попросту нечем. Слова на неё тоже не взымали действия. Оставалось, только привязывать буйную к кровати.

ЮВон поднимает голову, смотрит на коллегу. Тот, усердно поглощает обед, разложенный на небольшом подносе. Вот, он откладывает палочки, берётся за чашку с кофе. В свою очередь смотрит на соседа.

— Сонбэ, как поживает ваша пациентка? — задаёт он ожидаемый вопрос, отпивая ароматный напиток. Уточнять, о ком идёт речь он не утруждается, ибо, последние дни, пол больницы только о ней и сплетничает. ЮВон лишь машет рукой, изображая безнадёжность, граничащую с отчаянием.

— Представляете, ВонСу-сии, сегодня приходила нашедшая девочку ачжумма. Она хотела забрать её.

— И что вы ей ответили? — изображает искреннюю заинтересованность его собеседник.

— У девочки слишком много проблем. Выписывать её ещё очень рано.

— Понятно. А что насчёт её немоты? Вы приглашали сурдопереводчика? Она понимает язык жестов?

— У неё ретроградная амнезия. Конечно, я озаботился предоставить ей такого человека, но, скорее из научного интереса. К сожалению, она не понимает сурдо язык. Общение с ней происходит при помощи планшета. Девочка не утратила навыки владения «Хангыль», и знает как пользоваться гаджетами. Это вселяет надежду на полное восстановление её памяти.

— Звучит воодушевляюще. Могу я навестить её?

— Зачем, вам это? Операция прошла успешно, ваше вмешательство больше не требуется.

— Если честно, сам не знаю. Что-то в ней есть такое, притягательное, с научной точки зрения. Слишком много в ней сложилось необъяснимого.

— О, ВонСу-сии, я бы не советовал вам заходить к ней в палату.

— Почему? — удивляется ВонСу. ЮВон усмехается, поражаясь неосведомлённости коллеги.

— Если она, в этот момент, не будет привязана к кровати, вам может прилететь в голову что-нибудь. И повезёт, если это будет что-то не слишком тяжёлое.

* * *

— Категорически нет, господа! Пациентка ещё находится на восстановлении, и любое напряжение чревато для неё последствиями, — держит оборону ЮВон, перед представителями пограничной службы, явившихся допросить тольпукчжа.

— Она в сознании? — интересуется у ЮВона сухопарый мужчина в униформе.

— Да, она в сознании, — утвердительно отвечает врач, лишённый возможности помешать раскручиванию маховика под названием «власть». — Но её реакция, на ваше появление, может быть непредсказуема!

— Мы ненадолго, — отрезает его собеседник. — Проводите нас.