Алексей Сидоренко

Безликая история

Дисклеймер

Данное произведение содержит откровенные сцены сексуального характера, ненормативную лексику, а также упоминание наркотических веществ (исключительно в нейтрально-описательном или негативном контексте). Обращаем ваше внимание – всё, что связанно с последними – противозаконно, опасно и предосудительно. Сама же книга не только не одобряет употребление таких веществ и не призывает к этому, но и изобличает всевозможные негативные последствия от оных (и в целом носит сугубо антинаркотический характер).

В целях безопасности названия некоторых веществ будут скрыты или изменены.

Все персонажи, события и локации являются вымышленными, любое совпадение с реально живущими или жившими людьми случайно. Строго 18+.

Вступление

Думаю, что все началось с ошибки…

Но когда она произошла? (И дала импульс, который и привел меня к этому.) Вот сколько я ее ни искал, все время приходил к своему рождению. И хорошо бы, но это все же слишком просто.

Я попытаюсь откровенно и подробно расстелить полотно своей жизни (очень короткой, оставьте опасения длинной истории) и выстроить ретроспективу, которую я использую как специальный прибор для детального рассмотрения всего моего гиблого существования, а может, если повезет, найду ту самую ошибку.

Даже эти слова мне дались нелегко, поскольку я уже знаю, что предстоит мне описать, какое путешествие в прошлое меня ждет, а потому всем своим существом чувствую, как меня окатывает единая волна из разных вод: стыд, похоть, страсть, отчаянье… Но так можно блуждать бесконечно, а потому должно начать.

Глава 1

Раздел 1

И все же как тяжело начать… Но тут я чувствую, как мои извилины едва колышутся от совершаемых внутри движений, а пальцы непроизвольно бегут по клавишам. Я отдаюсь этому потоку. Прислушиваюсь к тишине, вдалеке раскатываются какие-то полимерные шумы, погружаюсь, отталкивая весь мир, и вот слышу подсказку. Нечто каким-то неземным способом передает мне сигнал: «Отрезать». Именно то, что мне нужно.

Я беру свое прошлое, кладу на разделочную доску. Пальцем провожу черту и легким движением отделяю одну часть от другой. Почему-то палец указал на тот самый случай – первый секс. Вот здесь все началось…

Но это не в меру наивно. Нет, все началось намного раньше. С генов.

И вот у меня на руках два начала: где начинается моя история и где начинаюсь я. Не зря палец лег туда, куда лег.

Начну с себя. До конца 9 класса, то есть до 16 лет, я был вполне настоящим человеком. Но я не могу назвать себя обычным. Наверно, я обычный в пределах всех судеб, писаных и настоящих, в сумме, но и я не про это, просто я всегда был несколько отделен от остальных.

В 15 я прошел тест Айзенка на IQ, выставив возраст 18 лет, и получил 145 баллов. Я, конечно, поизучал немного эту тему после, знаю, что валидность теста не бесспорная, но все же возьмем во внимание факт, что я в свои 15 сравнивался со старшей возрастной группой. Но все это неважно, я сам не большой поклонник всех этих тестов и отношусь к ним скептически (не к концепции, а именно к существующим тестам), и тем более не имел цели этим маленьким фактом обозначить себя гением. Просто у меня была не такая же голова, как у всех моих сверстников.

Учиться мне удавалось всегда легко, проблем с этим никогда не возникало. Хотя эта легкость вскоре породила абсолютное безразличие, что определенно стало проблемой, но тогда она никого не волновала. Действительно: учителям хорошо, родителям хорошо, мне… мне очень хорошо. Хотя направь меня тогда в гимназию с усложненной программой, да завали факультативно институтской, все пошло бы совершенно иначе, но кому нужны такие трудности, когда и так всем хорошо. Чтобы было понятно: классе в 5-м я перестал заниматься уроками дома, поскольку мне хватало с головой 21—25 часов в неделю, проведенных в школе на занятиях. Но без дела я, само собой, не сидел…

И конечно же, такая голова не могла не повлиять на мои отношения со сверстниками. Но тут есть еще один нюанс. Мое высокомерие. Да, я готов говорить теперь (там, где я сейчас) искренне. Я намеренно выбрал путь маргинализации. Я хотел быть в стороне. Не меня не допускали в круг (круги) общения, я сам их надменно избегал. И в моем поведении не было никакой демонстративности – еще один сознательный жест. Открыто заявить о себе, о своем интеллекте, о своем гении, быть выскочкой, образцовым отличником – означало опуститься до их уровня, говорить на понятном им языке.

Сейчас многое изменилось, я вижу себя со стороны… но мне не становится противно, скорее мне жаль. Не себя, а того молодого парня, который оказался один с таким багажом посреди бескрайних просторов личностного становления.

Но как бы оно ни было, а в 14 я открыл себя как мизантропа.

Раздел 2