Читаем Безбашенный всадник полностью

– Я потом сам читать Интернет и видеть, как тут опасно. А еще там писать, русский police совсем жестокий. И там еще быть про criminal, crazy house и плохой medicine, – перечислил он. – Там быть много страшный слово про ваш страна.

– И все-таки вы рискнули, – покивал головой я.

– Да! Я сказать папа, я лететь Paris. И я лететь Paris. Но оттуда я лететь Москва, а мой слуга остаться там, – объяснил он.

– И оказались вы на родине своей матери совсем один, – констатировал я.

– Совсем один, – грустно согласился он. – Только я думать, мой единоверцы, мой брат-мусульманин я помогать.

– А вышло, что подставил вас этот мусульманин Абузяров по полной программе, – вздохнул я, и он непонимающе на меня посмотрел. – Он вас жестоко обманул, – перевел я на доступный ему язык.

– Обманул, – печально вздохнул он. – Один мусульманин обмануть другой мусульманин! Как так может быть?

– Есть многое на свете, друг Горацио... – усмехнулся я.

– Как быть прав мой папа, – поник головой Камаль.

– Ничего! Разберемся! – обнадежил его я.

Вообще-то рассказ этого недотепы вызывал во мне все больше доверия, но проверить его все-таки надо было. С этой, собственно, целью я и вез Камаля сейчас в Москву, соблюдая при этом все меры предосторожности, то есть при виде поста или машины ГАИ он, сидевший на заднем сиденье, тут же ложился на него. А что было делать, если у нас действительно очень настороженное, правда, не без оснований, отношение к лицам кавказской национальности, как их сейчас официально именуют? И к тому же у моего пассажира не было никаких документов, так что встреча с представителями власти могла обернуться самым печальным образом не только для него, но и для меня – а ну как еще в сообщники террориста запишут?

Но вот мы въехали в город и направились к отелю, где, по его словам, остановился Камаль. Перед тем как выйти из автомобиля, я старательно записал под диктовку все его длинное имя, да еще и повторил несколько раз, чтобы потом не сбиться.

– Лежите на заднем сиденье и не высовывайтесь! – велел я Камалю. – А то, не приведи господи, засекут вас, и мы потом проблем не оберемся!

Вряд ли он знал значение слова «засекут», но, услышав мою интонацию, понятливо покивал, а я еще и на сигнализацию машину поставил от греха подальше.

Охрана роскошного отеля с некоторым подозрением посмотрела на меня – видимо, гости в таком затрапезном виде: в поношенных джинсах, кроссовках и футболках – сюда никогда не заглядывали, но не за смокингом же мне было заезжать домой, тем более что его у меня и нет? Короче, до стойки администратора мне дойти дали, и там я, глядя в бумажку, спросил:

– Простите! Шейх Камаль ибн Гасан... – ну и далее по тексту, – проживает здесь в первом люксе?

– Его сейчас нет, – вежливо ответил мне портье. – Он вчера днем уехал.

– А когда он вернется? – поинтересовался я.

– Он совсем выехал из нашего отеля, со всем багажом, – объяснил мне портье. – Видимо, у него что-то случилось, потому что уехал он срочно. Его номер был оплачен на неделю вперед, но мы вернули ему деньги.

Услышав это, я уставился на него во все глаза и призадумался: получалось, что настоящий шейх, а никто другой и не смог бы оплатить проживание в таком безумно дорогом отеле, выехал отсюда в то самое время, когда Камаль был в нашем поселке! «Ну, и что это значит? – размышлял я на обратном пути к машине. – С одной стороны, это свидетельствует, что Камаль самозванец, а с другой – непонятно, откуда ему тогда известна гостиница, номер люкса да и само длиннющее имя? Или он как раз настоящий, а выехал отсюда самозванец?» Так ничего и не решив, я вернулся к машине, сел в нее и отъехал в один из тихих переулков старой Москвы, где остановился и повернулся к своему пассажиру.

– Поздравляю вас! Вы вчера выехали из своей гостиницы со всем багажом! – сказал я, пристально глядя на Камаля.

На какой-то момент он оторопел, а потом яростно заорал:

– Шакал! Свинья!

– Это вы мне? – предельно вежливо поинтересовался я.

– No! – раздраженно помотал головой он. – Это Виль! Он там украсть мой документ, одежда, драгоценности! Потом он приклеить борода и ходить сюда за остальной вещь. А там быть много деньги и credit cards!

– Если это действительно так, то давайте думать, как вам подтвердить свою личность, а потом обратимся в милицию, – предложил я.

– No police! – тут же отказался он. – Он связаться наш embassy! Тогда папа сразу знать, я здесь, и я конец!

– Ну, тогда решайте сами, что вам делать, – пожал я плечами. – Может быть, в Москве есть хоть кто-нибудь, кто вас знает и сможет подтвердить, что вы – это действительно вы?

– Есть! – тут же ответил он. – Поехать! Но я не знать адрес!

– А номер телефона? – спросил я, доставая свой сотовый.

– Он быть в мой телефон. Но я не иметь больше телефон! Я его не помнить! – виновато сказал он и тут же взорвался: – Шакал! Сын свинья!

Я не стал обращать на это внимания, уже зная, что ко мне это не имеет никакого отношения, и, заводя мотор, подытожил:

– Значит, нам прямая дорога в горсправку!