Читаем Без тебя (СИ) полностью

Чувствую вину перед ней. Стараюсь это исправить, записывая для ней бесчисленное количество видео. Быть может, когда она вырастет, ей будет интересно их посмотреть.

Больно оттого, что я не смотрю увидеть, как она растет, быть рядом, когда для неё это важно будет. Но я стараюсь смягчить печаль и её возможное разочарование мной. Подготовила подарки до её двадцатипятилетия, на каждое записала видеообращение и открытки. Любым способом я хочу дать ей понять, как сильно любила. Всегда буду любить.

Сережа прерывает тишину, воцарившуюся вокруг.

- Тем мальчиком, которого ты любила в детстве, был я?

Когда-то мы с ним переписывались, и я проболталась, дескать, в моей жизни тоже был такой человек. Не одному ему с Машей повезло.

- Очень самонадеянно с твоей стороны, - усмехаюсь, прекрасно понимая, он ответ знает.

Так даже лучше. Я оказалась безобразно трусливой.

- Я польщен. Но предпочел бы это узнать от тебя, - ему есть из-за чего испытывать недовольство.

- Не ругай Машу. Она ни в чем не виновата, это я с неё взяла обещание, что тебе ничего не расскажет. Ни тебе, ни другим, - если уж и оставаться на развалинах его памяти, то яркой и жизнелюбивой, а не немощной и неполноценной. Сострадание окружающих мне опротивело давно. – Как она? Мне очень её не хватает, - думала, сделать выбор между дружбой и мечтой будет проще.

То, что они общаются, для меня не секрет. Я видела, как Сергей разрыв переживал. Чувства не проходят бесследно.

Короткими фразами он рассказывает мне о её успехах в работе, о том, как они с сыном два месяца отдыхали в Европе.

- Всё в порядке, им понравилось. Только я по сыну очень скучал.

Моё сердце обливается кровью. Её так много, что я вся тону. Захлебываюсь и дышать перестаю.

Сколько раз ещё мне придется ему больно сделать?!

Упираюсь лбом в его грудь и выталкиваю слова из себя.

- Я как раз поговорить с тобой об этом хотела, - нужно с духом собраться. Возможности оттягивать разговор дальше, нет. – Хотела тебя попросить, - или перед фактом поставить. Пытаюсь унять дрожь. Изнутри губу нижнюю прикусываю, чтоб не трусилась. – Насчет Ижены. Пожалуйста, пусть она с моей мамой останется. Я очень тебя прошу. Ты сейчас, скорее всего, на меня разозлишься, но так будет лучше, правда…, - к счастью, он меня не перебивает. Дает возможность выговориться. – Маме ещё нет и пятидесяти. Она справится. Честно. Она замечательная. Она будет очень сильно Ижика любить. Ей нужен кто-то, кто сможет помочь…, - боже, как это вообще можно вынести. – Когда Расима не стало, у неё осталась я. Бабуля не в счет, максимум, на который можно от неё рассчитывать это: «Ой, отмучилась наша девочка», - делаю глубокий вдох. Мне нравится, как пахнет Сережа. Запах моего счастья, пусть и короткого. - Если с ней Ижена останется, маме будет проще с болью потери справиться. Ты не думай, она будет к тебе её привозить, когда ты только захочешь. Позвонишь, и они прилетят. Я знаю, как ты маме помогал эти недели, и благодарна тебе за это. От всей души. Но так правда будет лучше. Твоя жизнь, она должна продолжаться… Я так хочу, чтоб ты стал таким, как раньше, хочу, чтобы продолжал любить свою жизнь. Она так скоротечна…

Чувствую на языке привкус горечи.

Я так долго думала об этом. Размышляла лететь или нет. Но надо было быть совсем бессердечной, чтоб остаться в Америке. Я не смогла. Хотела успеть лично его попросить, а не через адвокатов.

Отстранившись, Сергей приподнимает мою голову. Наплевав на потоки слез, смотрю ему в глаза.

- Ты ведь понимаешь, Ижена для меня обузой не станет? – спрашивает он спокойно, но предельно серьезно.

То ли киваю, то ли так сильно дрожу. Не могу с собой справиться.

- Знаю. Не сомневаюсь, что ты её будешь любить. В чем угодно, только не в этом. Но есть и другие аспекты твоей жизни. Работа, друзья, личная жизнь. Я не хочу, чтобы ты в тридцати годам стал меня ненавидеть за то, что твоя жизнь лишена множества аспектов из-за меня. Ты сможешь с ней видеться, правда. Никто у тебя не заберет дочку. Просто им вместе с мамой будет полегче. Они смогут мир посмотреть. Позаботиться друг о друге. У них всё хорошо будет. В Америке, во Франции… Огромное количество возможностей. Она останется твоей дочкой, точно такой же, как здесь и сейчас. Пожалуйста, подумай над этим.

Слезы пекут глаза. Вновь их отпускаю. Я так старалась подготовиться, слова подобрать, но всё равно не выходит. Причиняю ему слишком сильную боль.

Вы любили когда-нибудь так, что дышать невозможно было без человека? Все мысли о нём. Каждая поставленная цель связана с ним. Но в тоже время знаете – ни за что к нему не притронетесь, пока он счастлив с другой. Я знаю все грани боли, и моральной, и физической, но определить, какая из них тяжелей переносится не могу.

Как бы его мои слова ни обижали, уверена – так будет лучше. Маме, правда, нужно заточить смысл в ком-то, иначе она жить не умеет. А Сереже вдохнуть полной грудью.