- Моя первая обложка была благодаря тебе? – спрашиваю отчего-то, перед тем, как последний кусочек в рот отправить.

Сарин едва ли не давится водой, которую пьет в этот момент.

- Сафия, ты не борщи. Твоя фантазия переигрывает. Не заставляй меня волноваться за тебя сверх меры. Если ты забыла, я именно на обложке тебя и увидела впервые. Узнала по его глазам. Самые красивые в мире глаза. Бездонные и грустные. Такие только у твоего папы были. Не спорю, мне хотелось помочь тебе, но только лишь в том, чтоб никто не обидел. В остальном ты сама всего добилась.

Когда Сарин пришла ко мне на съемку, я о ней знала только то, что она самый талантливый, циничный и жесткий редактор, способный закружить карьеру любого из мира моды. И пустить её под откос тоже может. О том, что она была невестой моего папы, я узнала позднее. Она сама мне рассказала.

Перед свадьбой мои родители были знакомы ровно два месяца. Вскоре мама забеременела. Когда шел пятый месяц, папу убили.

Я знаю, что мама себя винит в нашей с братом болезненности. За то, что не справилась. Попала в больницу и родила гораздо раньше срока. К тому же патологию диагностировали не сразу. В общем, одно за другим и вышло как вышло. Сейчас не о том. Мама о папе мало что знала. Он не любил рассказывать о своей жизни до встречи с ней. И только Сарин меня просветила.

Они были с детства знакомы. Росли в одной среде. Обе семьи были готовы и одобряли их союз ровно до того момента, пока папа не пошел против всех. Одно из расследований, в котором он участвовал, повредило репутации семьи Сарин, да и его собственной. Но это его не остановило. Как она говорит, папа был очень принципиальный. Информация о махинациях стала достоянием общественности, и на него началась охота. Мои бабушка и дедушка отреклись от сына. Родители Сарин и вовсе его возненавидели. Запретили дочери продолжать общение с женихом, быстро достойную замену нашли.

Она утверждает, что сопротивлялась воле родителей несколько месяцев. До тех пор, пока папа после покушения не решил перебраться в Россию. Она не смогла. Побоялась. Привязанность ко всему родному дала о себе знать. Неопределенность. Страх за будущее.

Папа уехал, а она осталась в их родной стране. Но ненадолго. Узнав, что папу убили, она не смогла их простить. Сбежала перед самой свадьбой, и уехала из страны.

Если бы не она, я так бы и не узнала, почему бабушка с дедушкой не захотели с нами общаться. За столько лет я никогда их не видела. Год назад кто-то от их лица с Филом связался, но уже я решила, что не нуждаюсь в их обществе.

Это ещё один плюс статуса – ты сам решаешь, кого впускать в свой круг общения.

Следующие сорок минут мы с ней обсуждаем выпуск журнала и моё интервью. Хочется чего-то особенного, но этого трудно добиться, когда их были сотни, а ты не любишь лишнего о себе говорить.

- Институт цвета Pantone назовет в честь тебя новый оттенок. Я склоняюсь к красному или синему. Как ты считаешь? Ещё нужно выбрать бренды, флагманским для которых он станет. Есть варианты? – Сарин задает вопросы, не отрывая взгляда от телефона.

Чувствую себя рыбой, которую кипятком поливают.

Отсутствие интеллекта на моем лице отражается. Я самым натуральным образом висну, рот приоткрыв. Мы только что обсуждали, не съесть ли мне ещё одно пирожное, раз набор веса и так неизбежен. А теперь вот.

Хад цокает. Склоняет голову набок и внимательно по поему лицу взглядом проходится.

- Сафи, соберись. Я тебя всем в пример за организованность ставила. Люди ждут. Решай быстрее.

Она протягивает мне свой телефон, требуя выбрать из нескольких предложенных вариантов цветов, с которыми специалисты работу начнут.

Я нервничаю, стараясь хоть пару минут не думать о Сереже и малыше, чтобы работой заняться. Выходит с трудом.

Ей-богу, как бы я хотела уметь отключать свою память. Обязательно бы попробовала ещё раз рассказать. А не думать о предстоящей неизвестности каждую секунду.

Экран её телефона становится ярче. Всплывает уведомление о новом звонке. Загорает имя.

- Тебе Майкл звонит, - говорю, брови вверх вскидывая.

Глава 34

Мария

Проходя мимо зеркала, мимолетно смотрю на себя.

Выгляжу неплохо. Мне так кажется. Долго выбирала, что надеть на детский праздник, остановив свой выбор на ярко-лиловом брючном костюме. На весах плюс два килограмма, но нравлюсь я себе больше, чем раньше. Удивительные чудеса. Полный курс лечения может длиться долго, но прогресс виден сразу, после первых недель лечения.

Замедляя шаг, взглядом выхватываю из толпы Диму, Сережу и Колю. Разбившись на две команды, они гоняют на машинках по мини-треку. Впервые за последнее время я вижу, как бывший муж улыбается.

Мы видимся редко. Пару раз в неделю он берет к себе Колю на ночевку и привозит нам продукты, те, что мне тяжело донести домой будет. Но даже в эти считаные минуты я успеваю заметить – изменения в нем колоссальные. Он стал более молчаливым и собранным. Поначалу казалось дело в работе, но сегодня мнение изменилось.

Проходя мимо, я услышала, как Сережа делился с Димой. Не вникая в подробности, я поняла – у них с Сафи проблемы.

Очень быстро.