А сейчас я боюсь посмотреть ему в глаза. Мне страшно увидеть в них подтверждение того, что он меня разлюбил.

Нельзя разлюбить того, кто является частью тебя…

Внутри меня что-то обрывается. Закрыв рот рукой, я бегу на второй этаж, забыв, что хотела потише быть.

Заглянув к Коле, спешу в ванной закрыться. Ненавижу себя за то, что не могу его отпустить.

Что-то мне всегда подсказывало, что это может случиться. Я знала, что нельзя ошибаться. Но не смогла с собой справиться. ..

Вздрагиваю, когда дверь отворяется, несмотря на то, что я её заперла.

Продолжаю сидеть на полу. Никого не хочу видеть. Мне никто не поможет с этим адом, что творится в моей голове.

- Иди сюда, маленькая, - в голосе Яры слышатся нежные нотки.

Она стоит надо мной и руку протягивает, чтобы я подняться могла.

Глава 12

Мария

Не помню уже, когда я в последний раз с кем-то так долго и откровенно общалась. Яра стойко выслушала все мои бредни, ни разу не перебив и не показав своего раздражения от моей тупости.

Обычно эта роль – моей жилетки возлагалась на Сафию. Но теперь…

Не думать об этом.

Стараясь не ударять ещё больше в грязь лицом перед Ярой, я закусываю щеку изнутри, чтобы слезы сдержать.

От этой нескончаемой жалости к себе мне самой уже тошно, что уж о других говорить?! Взрослые люди так себя не ведут, но я ничего не могу с собой поделать. Тону в море воспоминаний, сил выгрести у меня нет. Слишком глубоко. Играет ли роль то, что Сережа для меня во всем первый был, или просто мы с ним срослись в моменте, но для меня невыносимы мысли о нашем расставании. Навсегда.

- Мы гулять. Они поели, - доносится голос Руслана с первого этажа.

Яра ему ничего в ответ не кричит. Лишь улыбается.

Вместо этого она меня в шок повергает:

- Пока Коля с Русланом гуляет, принеси мне свои таблетки, - тон крайне убедительный.

Она не спрашивала, принимаю ли я что-то. Она уверена в этом.

- Я не…

Глядя мне глаза, Яра отрицательно головой качает, дескать, нет, меня ты не проведешь.

- Я даю тебе возможность самостоятельно сделать шаг к восстановлению. Поверь, мне ничего мне стоит самой их найти. Даже знаю, что именно ты могла купить без рецепта. И где купила, тоже представляю, - под её внимательным взглядом я теряю желание врать. – Пока ты сама не захочешь поправиться, ничего не поможет. Психиатр, психолог, невролог – это прекрасно. Но недостаточно. Всё в твоей голове и в твоих руках. Я понимаю – больно. Но все проблемы решаемы. Почти все.

Яра отводит глаза, и я понимаю, о чем она думает.

Когда она пропала, Сережа места себе найти не мог. Мы тогда дружно - всей семьей, болели ветрянкой. Коля принес вирус из сада. После него заболела я, а потом и муж. Он был расстроен, что не может полезным быть для Яры. Буквально на стены лез до конца карантина.

Когда Яру нашли, нас сыпать уже перестало, но она была ослаблена и врачи не разрешали ему её навестить. Это был один из тех редких случаев, когда его терпение не справлялось. Они с Димой постоянно на связи были. Думаю, не валяйся он в кровати с температурой за сорок, то пополз бы сначала в тайгу, а после и в больницу.

Меня внезапно осеняет.

- Ты тогда тоже…?! – не могу слов подобрать. Боюсь показаться невоспитанной.

Хотя уж куда хуже.

- Сложно принять реальность, в которой ты калека, у которой нет возможности самостоятельно голову помыть или есть приготовить, - грусть мелькает в её взгляде. – Но как видишь, - поднимает обе руки, держа их вверх ладонями, совершает вращательные движения. – Время идет. Всё меняется. Мы меняем окружающую нас действительность. Первое время было сложно. Мучили кошмары. И рука адски болела. Мне обещали, что через пару месяцев она восстановится. Но нет. Моторика подводила. Словно я Паркинсоном болела. Истинное чувство собственной неполноценности не всем известно. С ним трудно жить.

- Я не заметила в тебе тогда значительных изменений.

Произношу и тут же жалею. Зря даю понять, насколько я внимательна и чувствительна к бедам других.

- Знаешь, я не прощаю людям, и себе в том числе, категоричности суждений. Со временем необходимо учиться гибкости. Люди, уверенные в своей, и только в своей правоте редко добиваются успеха. Если нет лояльности, сложно развиваться, познавать что-то новое. Мы привыкли к позиции – люди, находящиеся в депрессии, обязательно должны быть угрюмыми, с потухший и затравленным взглядом, их отчаянье должно быть осязаемо. А потом все удивляются, когда с виду успешная девочка выходит ночью в окно. Или парень, разогнав свое авто влетает в дерево. Все задаются вопросом – почему? Ведь у них всё хорошо было. Работа, достаток, семья. Никто не задумывается, что здесь у них происходило долгое время. Многое можно скрыть за улыбкой. - Яра касается двумя пальцами своего виска. – Очень важно, чтобы рядом был человек, способный понять твою проблему без слов.

«Многое можно скрыть за улыбкой» - назойливый голосок подсказывает мне, что я эту фразу уже слышала.

Не хочу думать, но снова и снова думаю о ней.

- Давай. Ты ведь не хочешь, чтобы и я тебя принуждала к чему-то? Надо самой, - поторапливает меня Яра.