Я повернул ключ в замке, затем остановился и посмотрел на нее.

– Ты шутишь?

– Нет. Иногда мне его на самом деле очень хочется. На прошлой неделе, когда мы ужинали, ты приготовил себе сочный антрекот… Я едва не вырвала вилку у тебя из рук, но я решила не есть мясо. Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Я еще могу понять, почему ты не ешь стейк… Метан, углерод и… и прочие вещества. Это имеет смысл. Но, блин, какое отношение наличие бойфренда имеет к окружающей среде?

Мы зашли внутрь и двинулись плечом к плечу на кухню. Лайла поставила свою сумку на столешницу. Повернувшись ко мне спиной, она принялась молча раскладывать покупки. Я положил купленную для себя еду на обеденный стол. Заданный мной вопрос повис в воздухе. Похоже, она не собиралась на него отвечать. Теперь пришло время мне впадать в панику… Она уже вытащила практически все продукты из сумки, когда та выскользнула у нее из рук. Упаковка с фалафелем[17], кулинарным полуфабрикатом, полетела вниз. Лайла попыталась подхватить ее, но не смогла.

– Блин, – пробурчала она.

В ее голосе звучало раздражение, которое она выпустила на свободу, желая подавить неприятное чувство, вызванное своей неуклюжестью. Я постарался вернуть начатый мной разговор в привычную колею, так как ощущал себя водителем на полной скорости, мчащимся прямиком на дерево.

– Мы встречаемся всего лишь несколько недель, как ты знаешь… – Я пытался говорить рационально и бесстрастно, поскольку результат начатого мной разговора уже был предрешен. – С любой другой женщиной, с которой я встречался прежде, я бы сейчас принаряжался ко второму или третьему совместному ужину и только надеялся бы, что этот ужин закончится постелью. Учитывая, что мы оба… Как ты это назвала? Не расположены к браку?

Лайла одновременно кивнула и передернула плечами. Она до сих пор стояла ко мне спиной.

– Ну, наши отношения развиваются очень быстро, но это не значит, что сегодня вечером мы должны обсуждать наше будущее, – закончил я.

Лайла развернулась и, заложив руки за спину, оперлась на столешницу позади себя. Медленно выдохнув, она все же на меня посмотрела.

– Работа – мой муж, Каллум. Я и ты… чем мы бы ни были… ну… Я просто закрутила небольшую любовную интрижку за спиной у мужа. Ты никогда не займешь главное место в моей жизни. Я не стану обещать тебе будущее… Никогда. Если ты начнешь надеяться на большее, подай мне знак, и каждый пойдет своим путем.

– Вполне разумно. Мы условились, что будем жить одним днем. Это меня вполне устраивает. Ты первая заговорила о браке.

И вновь я попытался добавить немного юмора в ситуацию, в которой нарастало напряжение. На этот раз Лайла хотя бы невесело улыбнулась.

– Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

– Я счастлив, – я указал рукой на курицу, – и голоден. Хочу съесть что-то, изобилующее животными жирами. Давай поедим?

Глава восьмая

Лайла

31 сентября

В ночь, когда умер Харуто, я сидела на этом балконе с дневником, похожим на тот, который веду сейчас. В ту ночь я решила выращивать цветы, а еще пообещала себе две вещи.

Повинуясь душевному порыву, я решила, что брошу коммерческое право и постараюсь внести свою лепту в дело его жизни, попытаюсь внести свой вклад в спасение Земли. Экология тогда не была полем моей битвы, но я чувствовала, что должна что-то сделать ради него. Я записалась на послевузовский курс по изучению природоохранного законодательства. Спустя несколько недель мне удалось уговорить Алана открыть в нашей фирме природоохранный отдел, когда я закончу изучение курса. Со временем я перестала делать это лишь в память о Харуто. Теперь я сама прониклась его идеями, но на это ушло довольно много времени: первый год я каждый день чувствовала себя притворщицей, борющейся за то, во что не верю.

Второе обещание было скорее подарком самой себе, оно не было продиктовано верностью и чувством вины по отношению к Харуто. Я сидела на этом месте с бутылкой вина, которое Нэнси делает на ферме, рыдала, опорожняя коробочку с гигиеническими салфетками, и в конечном счете поклялась себе, что никому больше не позволю строить свое будущее вокруг меня.

Харуто Абель не был первым мужчиной, с которым у меня завязались серьезные отношения. Если быть до конца искренней, любила я его не так сильно, как могла бы или должна была. Он был хорошим человеком, а когда-то просто великим человеком, но любовь наша была удобной и комфортной, а не страстной и всепроникающей. Мы познакомились в трудное для обоих время. Уверена, он думал, что помогает мне, я же вцепилась в него, словно в спасательный круг оптимизма и надежды. Разумеется, меня к нему тянуло. Харуто всегда оказывался психологически более сильным, когда вступал с кем-то в противостояние. Он был прирожденным лидером, супергероем борьбы за экологию и казался непобедимым – до тех пор, разумеется, пока не проиграл.