Читаем Без приказа полностью

Эстетствуешь, братец, сказал он себе. Это ты не стал бы здесь убивать. А у этих парней совсем иное за душой. Другое поколение, другие нравы. На их операциях учат! Да Миронов и его люди всегда старались пролить как можно меньше крови и убивали только по крайней необходимости. Про этот нюанс, пожалуй, преподаватель не рассказывает.

У старшего в кармане зажужжал телефон. Кажется, оправдывались самые худшие предположения. Наверняка звонил Виктор Ильич, чтобы отдать приказ об уничтожении тройки Миронова.

Старший отошел к краю поляны, поднес аппаратик к уху, послушал, мрачно косясь на сидевших людей, что-то коротко ответил и спрятал трубку. Вот все и решилось.

– Не разобрался таракан в ваших дисках, – сообщил спецназовец. – Сообщил, что все в порядке и вас можно отпускать гулять.

Помолчал и добавил:

– До ближайшей кучи валежника.

– А почему валежника? – не удержался от вопроса Оруджев. С момента получения отмычки он заметно повеселел.

– А чтобы незаметно было, – любезно объяснил старший. Затем он снова знаком подозвал двух своих подчиненных и, указав на пленников, сделал недвусмысленный жест, проведя пальцем по горлу. Те кивнули и стали помогать троице подняться с земли.

– Прощайте, Евгений Викторович, – сказал старший. – Очень жаль, что у нас была такая короткая встреча. Ни о чем не успел вас расспросить. Теперь уже не свидимся.

И вдруг произнес вполголоса совсем странную фразу:

– Вы не очень сильно бейте.

Тесной группкой пленники пошли к зарослям, но Миронов обернулся и сказал напоследок:

– А Савимби, как сообщали средства массовой информации, убили соратники в случайной перестрелке.

Старший кивнул в ответ, и губы его, видимые в прорези маски, расплылись в улыбке.

Идти было неудобно: приходилось держать руки за спиной, и пальцами прихватывать наручники, чтобы не упали раньше времени. Евгений не знал, успели его товарищи расстегнуть свои «железки» или нет, но надеялся на их сноровку. Проволочка была спрятана у него в обшлаге куртки. Нет, ему не приходилось в последние годы незаметно снимать с себя наручники, но проволочка неизменно присутствовала. Привычка, что с ней поделаешь?

Вот и пригодилась железка. Теперь отойти подальше и не сплоховать. Как сказал старший? «Не очень сильно бейте»? Видно будет, только Портоса нужно придержать. Ему ведь обидно…

Ай да старший! И приказ исполнит, и совесть не замарает. Он послал бойцов ликвидировать Миронова и его людей. Ну, а то, что тем удалось бежать – не его вина. Эти люди ведь кто? Профессионалы высшего класса! Их только внезапно, исподтишка можно уложить. Да и то успех не гарантирован на все сто процентов.

Так что виноват, товарищ командир, готов понести наказание. Соответствующее.

Через полчаса они уже были на окраине города. Старичок «опель», припрятанный в лесу и не обнаруженный московской группой, верно унес их от, казалось бы, неминуемой смерти.

По дороге Миронову многое пришлось объяснять соратникам. И про то, что он вылил «сыворотку правды», а в пузырек залил раствор глюкозы, купленный в аптеке. И про спрятанную в рукаве проволочку. И про то, что старший группы, захватившей их, раскусил трюк Евгения с «неконтролируемой болтовней», а также заметил «работу» над наручниками. И про то, что он их практически отпустил на свободу вопреки воле Виктора Ильича.

А также про то, что диски в туалете Москвич забрал, что называется, «левые». Настоящие, ценные, хранятся совсем в другом месте. Но теперь нужно решать, что же с ними делать. И найти этого Виктора Ильича, наказать его и выпытать (может быть, в прямом смысле), почему вокруг этого концерна и сведений о его руководителях Москва поднимает такую возню, что не скупится даже на спецрейс и посылку группы хорошо подготовленных бойцов? Что такого в этих материалах? Хотя сам Москвич может об этом не знать. Ведь не разобрался же он с содержимым подсунутых ему дисков.

А еще у них на хвосте в любую минуту могли объявиться ищейки концерна. Эти уж точно не отпустят.

И решать все надо быстро, очень быстро.

– Бедняга Ралли Томас, эстонский наемник, – вдруг сказал Оруджев.

– Чего это ты о нем вспомнил? – поразился Монастырев.

– Да так. Сообразил, что если за нами гоняются, значит, разобрались, какие файлы похищены, и теперь неизвестно, жив ли Ралли или его уже в асфальт закаталли.

– Юморист! – фыркнул Монастырев. – Мне вот другое интересно. Командир, откуда ты знал, что тебя из нашего пузырька колоть будут, и подготовился к этому?

– Ну, во-первых, не могло у Москвича быть с собой литра этой гадости. Да и не нужна она ему была, по большому счету. Взял на всякий случай, когда ехал в командировку и нам ее отдал всю. Во-вторых, никогда нельзя быть уверенным в том, что твой план сработает полностью. Всегда может случиться какой-нибудь прокол. Как говорится: «Надейся на лучшее, но готовься к худшему!» Ну и в-третьих – просто интуиция и опыт. Все понятно? А теперь хватит расслабляться! Думайте, где нам этого гадского Ильича прищучить?