Читаем Без приказа полностью

Монастырев, совсем не жаждавший продолжить свое знакомство с этим клерком, резко шагнул вперед и приложил кулак ко лбу немца. Тот молча осел в кресло.

– Поторопился ты, Толик! – с укором сказал Оруджев. – Вот с ним бы и поговорить по душам.

– Ничего, – пробасил Портос, похлопывая по щекам Баумгарта. – Я вижу, что хиляк, слегонца приложил. Сейчас в себя придет.

Действительно, менеджер очнулся на удивление быстро. Только был он к этому времени накрепко притянут к креслу. Миронов приступил к допросу. В этом случае даже угрожать не пришлось. Штефан «кололся», как на исповеди. Оказывается, сотрудники легального офиса должны были раз в неделю посещать Центр и участвовать в непосредственной работе. Наверное, чтобы потом, в случае катастрофы, не могли отговариваться на суде тем, что знать не знали и ведать не ведали о том, чем на самом деле занимается корпорация. Круговая порука своего рода.

А и правда ничего они не знали. Присутствовать – присутствовали, но к реальному делу их все равно не допускали. Так, бумажки перекладывали. Ну не пошлешь ведь клерка на очистку героина или планирование его поставок в страны Бенилюкса? Хотя, говорят, если зайца регулярно бить, он спички научится зажигать…

Но для суда все едино: знал, не знал. Работал в Центре? Значит, виновен как изготовитель и поставщик сильных наркотиков. Получи свой большой срок и не чирикай.

Конечно, они догадывались, что здесь, в Центре, очень все нечисто. И даже понимали как нечисто. Но делали вид, что их это не касается. Платят на основной работе хорошие деньги? Отлично. Раз в неделю можно и сюда скататься, пересидеть денек. Как свое время в Советском Союзе: все на субботник! А будешь ты там мусор убирать, бревна таскать или дурака валять, да портвейн с товарищами распивать – никого не волнует. Главное – явка обеспечена стопроцентная.

– Пользы с него, как с козла молока! – не выдержал наконец Оруджев. – Зря ты с ним поделикатничал!

Это уже Монастыреву. Тот только плечами пожал: откуда ж он мог знать?

Миронов глянул на часы. В их распоряжении оставалось совсем немного времени. Только для краткого визита на второй этаж и быстрого отступления.

– Хватит там газа на него? – спросил он у Толика.

Тот секунду подумал и кивнул.

– Ну и давай!

Как ни хотелось им разворошить это осиное гнездо, но приходилось оставить секретный этаж в покое. Ничего, они наверху пошумят!

Перед тем как выскочить на лестничную площадку, Борис подпрыгнул и рукояткой пистолета разбил камеру. Не время сейчас для церемоний! Счет пошел на минуты.

Быстро взбежали по лестнице. Здесь по-прежнему было тихо. Никаких тревожных сигналов.

– Вход в зал, быстро! – приказал Миронов.

Толик и Борис разбежались в разные стороны. А сам Евгений направился в пункт наблюдения.

Там тоже было все спокойно. Дежурные спали, экраны исправно транслировали картинки, в центральном зале шел производственный процесс. Он осмотрел зал, прикидывая, где начать, потом, поискав немного, обнаружил записывающие блоки и выдрал их из гнезд. Может быть, еще пригодятся. В коридоре его уже ждал Борис. Он первым нашел, как попасть в зал. Через минуту к ним подбежал и Портос. Вход он тоже обнаружил, но другой. А о третьем Евгений и сам знал, сумев разглядеть его на мониторе. Но им они воспользуются после акции.

– Заходим с двух сторон, – начал объяснять он диспозицию. – Кладем всех на пол и начинаем крушить чертовы машинки…

– Командир! – непочтительно прервал его Оруджев. – Ну что ты с нами, как с маленькими? Все и так понятно!

Миронов глянул грозно на дерзкого и тут же опомнился. Действительно, что это он? Вместе с парнями прошел огонь и воду, только медных труб славы не было. И никогда они не подводили, понимая его и друг друга с полуслова. Так чего сейчас распинаться? Он ведь и не начальник им теперь, так, старый боевой товарищ.

– Ладно, раз понятно, тогда приступаем.

– А как отходить будем? – все же спросил Монастырев. – Тем же путем?

– Есть у меня одна идейка, – не стал откровенничать Евгений. – Потом объясню. Ну, вперед!

На бегу он свинтил со ствола своего пистолета глушитель. Так доходчивей будет.

Дверь открылась безо всякого сопротивления. Одновременно с другой стороны в зал ввалились Борис и Портос. Насчет глушителей они тоже догадались. Три пистолетных выстрела в потолок прозвучали как короткая автоматная очередь.

– Всем лечь! – заорал Толик, перекрывая мерное гудение, висевшее над рабочими столами. Охрана здесь все же была: двое вскинули автоматы и упали под меткими выстрелами Евгения и Бориса. Те, кто занимался непосредственно процессом, второго приглашения дожидаться не стали и ничком повалились на пол, закрывая головы руками.

Бравая троица сошлась в центре зала.

– Командир, я не знаю, что они используют для производства этого дерьма, но вон там пара канистр стоит. И мне кажется, что в них что-то горючее, – сообщил Портос. – А то бить все это стекло как-то хлопотно.

– У вас в сумке взрывчатки какой-нибудь нет? – спросил Миронов.

Оруджев развел руками. Не предполагалось ведь первоначально что-то здесь крушить и взрывать.