Читаем Без приказа полностью

– Ну и надо было сразу с этим видеопосланием ко мне приходить! Развели тут турусы на колесах! Хорошо, хоть сейчас решились напрямую разговаривать. Я ведь действительно собирался Серегу на фиг послать. Мне его проблемы совершенно не нужны. Тем более что он темнил все время. И контора эта, куда мы собирались проникать, какая-то очень непростая…

Тут он, решив, что уже наговорил лишнего, прервался. А Москвич (Евгений про себя решил называть его так), правильно поняв его молчание, кивнул успокаивающе:

– Мы всё знаем о ваших бывших сослуживцах! И никаких претензий к Монастыреву и Оруджеву не имеем. То, чем они занимаются – их личное дело и нас не касается. Более того, это наш человек, так сказать, «заказал» вас. Ну, с тем чтобы вы встретились со старыми боевыми товарищами и могли привлечь их к работе.

Миронова это признание несколько ошеломило.

– А если бы они меня, нисколько не сомневаясь, грохнули? Исполнили заказ? Мало ли как люди со временем меняются!

– Ну что вы так уж, Евгений Викторович! – пожурил его гость. – Мы даже секунды не сомневались в их порядочности и преданности вам! Отличные бойцы, надежные друзья! Жалко лишь, что такими людьми у нас разбрасывались раньше, не ценили.

– Сейчас что, по-другому? – покосился на него Евгений.

– Конечно! – горячо заверил его Москвич. – Да вы и сами это прекрасно знаете! Или все еще сомневаетесь?

– Кажется, нет, – признался Миронов.

Если честно, человек этот ему не очень нравился. Какой-то он был… мутноватый. Не то чтобы лебезил перед Евгением, но некоторые заискивающие интонации в голосе проскальзывали. Можно было, конечно, отнести это на счет чувства вины за то, что не раскрылись перед ним сразу, кругами ходили и присматривались. Но из своего жизненного опыта он знал, что совесть у этих людей отсутствует напрочь. С рождения у них ее нет. Главное – дело, а что в результате с человеком может случиться – вопрос второстепенный. К примеру, не так уж часто меняли наших попавшихся разведчиков на ихних попавшихся шпионов, как это может показаться из того же «Мертвого сезона». Отдельные случаи да, бывали, но генеральная линия не просматривалась. Ну и в остальном точно так же. Из этого следовало, что послали на контакт с ним не очень ответственного сотрудника. Хотя, похоже, накачали инструкциями. Которые он, кстати, вначале исполнял не совсем точно, скорее всего из-за самолюбия и гордыни. Дескать, чего там какой-то старичок умеет?! Да мы его на раз сделаем! Как миленький будет наши задания выполнять и ни о чем не догадается!

А когда понял, что старого воробья на мякине не проведешь, решил на начальство вину свалить: так в Москве решили!

Тут еще мог работать и фактор корысти. На операцию всегда выделяются какие-то средства. Зачастую – немаленькие. А этот посланец наверняка сообразил: незачем казенное расходовать! Пусть Миронов ступинскими ворованными деньгами пользуется да из своих приплачивает. Как-никак для Родины старается! А мы некоторую сумму себе в карман положим. Нам она тоже сгодится.

От понимания этих мелких хитростей появлялось на душе какое-то гадостное ощущение. Вот вроде бы, действительно, не за страх, а за совесть собирается он работать. Ну и поверьте, помогите, чем можете! Или хотя бы не мешайте!

Нет, надо интригу сплести, взять под контроль человека, проверить его досконально, а проверив – обмануть. Даже в малом.

И вообще, могли послать на контакт сотрудника посолиднее. На пацан же Евгений, не шестерка какая-нибудь! Нет, пришел этот… Вон как Серегу осаживает: знай, предатель и перебежчик, свое место! И ведь удовольствие от власти получает, на роже ясно написано.

Но над ним, Евгением Мироновым, этот тип власти не имеет. Это он четко понимает, потому и виляет хвостом. Хоть и мелкая шушера, а все же не дурак. Совсем дураков там не держат. А придурковатые везде случаются…

Ладно, будем посмотреть. Сейчас его надо выпотрошить на предмет конторы Вартера и того, что вокруг нее происходит. И оставить на подхвате, близко к себе не допуская, но и далеко убегать не позволяя. Связь с Москвой и реальная помощь могут пригодиться. А деньги командировочные пусть себе оставит. Пока. Послужит кошельком ходячим, на всякий случай. У нас на текущий момент финансовых затруднений не наблюдается.

– А теперь, Виктор Ильич, – решительно прервал Евгений все еще продолжавшего разглагольствовать Москвича, – я хотел бы получить конкретную информацию. Давайте извинения и прочие политесы оставим на потом. Сейчас мне надо знать вот что…

Сотрудник поперхнулся, словно подавившись чем-то, посмотрел на Миронова искоса и с явным уважением, а затем начал отвечать на вопросы, которые ему задавались.