Махнув рукой, я вышел и закрыл дверь. Дальше пусть сама воюет, а у меня пока есть чем заняться. В мешке я нашёл шесть магазинов и патроны в пачках, также там нашлась старенькая разгрузка. Бронежилет не прилагался, да и не нужно, тяжело, а я не в лучшей форме. Распихав магазины по местам, я пока не стал облачаться, успею, ещё баня впереди.

Часа через полтора дверь бани распахнулась и на пороге появилась она. С ног до головы закутанная в махровый халат, с огромным голубым тюрбаном на голове (и это притом, что волос у неё на голове не больше, чем у меня). В руках она держала бельё и футболку, которые тут же стала вешать на верёвку, даже сумев без подсказки использовать прищепки. Растёт девочка.

Я посадил её на тот же чурбак и приказал смотреть по сторонам. В руки сунул пистолет, предупредив, что патрон в стволе и с предохранителя снят. Прикинув запасы воды, решил, что хватит. Надо было и мне по домам пошарить, хоть бельё раздобыть, ну да ладно, позже, может быть.

Автомат я прихватил с собой. Быстро разделся и прошёл в помывочную, которая была и парной тоже. Поддал на каменку, вода зашипела, раскалённый воздух растёкся по всему помещению. Некоторое время я просто сидел на полке, наслаждаясь теплом. В предбаннике висело с полдюжины берёзовых веников, можно было взять и попариться, но лень одолела. Просто сидел в полусне и наслаждался минутой покоя.

Из оцепенения меня вывел пистолетный выстрел снаружи. Я спрыгнул с полка, едва не налетев на котёл с кипятком, подхватил автомат и, распахнув дверь, приготовился стрелять с колена.

— Случайно нажала, — виновато улыбнулась Ксения, — а ты смешной, голый и с автоматом.

— Тьфу на тебя! — я плюнул, захлопнул дверь и вернулся к помывке.

Когда с гигиеной было покончено, мы вернулись в дом. Дело шло к ночи, на ужин у нас было печенье с мёдом и горячий чай, всё, что смогли нашарить в окружающих домах, небогато, да и мой истощённый организм мечтал о куске мяса, но жить пока можно. После ужина, сходив на всякий случай к Надежде Васильевне и убедившись, что с ней всё хорошо, мы завалились спать. Я прилёг на широкую пружинную кровать в обнимку с автоматом, она предпочла продавленный диван в большой комнате перед неработающим телевизором.

Глава одиннадцатая

Утром проспали долго, часов в десять, я толкнул спутницу и предложил встать и одеться.

— Вставай, соня, — в очередной раз сказал я, подёргав её за ногу, — нас ждут великие дела.

— Какие? — зевая, спросила она.

— Одевание, завтрак и кино про войну.

— Какое ещё кино? — первые два пункта у неё вопросов не вызвали.

— Помнишь, что я вчера майору втолковывал, насчёт атаки на блокпост?

— Помню, а откуда ты это знаешь?

— Уже объяснял. Так вот, через час, или около того, сюда прибудут крупные силы киборгов. Что-то около сотни стальных рыл. На бронемашинах. Они будут атаковать блокпост. А мы, не имея возможности как-то повлиять на это, будем смотреть на всё со стороны. Бинокль не потеряла?

— Нет, в рюкзаке.

— Ну и умница, пойдём завтракать.

Быстро проглотив остатки роскоши, мы вышли на позиции. Всё тот же холм, с которого мы уже однажды наблюдали побоище, правда, в другом составе. Кореец со своими был уже здесь. Бронемашины дожидались своего часа. Постепенно подтягивались остальные участники предстоящего веселья. Собственно, уже сейчас их можно было вполне эффективно накрыть минами, предотвратив все дальнейшие поползновения, но связи с блокпостом у меня нет, им остаётся только реагировать по факту. Надеюсь, на миномётной батарее все уже замерли с минами в обеих руках и ждут только свистка.

Как и прежде, в атаку устремилась первая машина. На этот раз, солдаты думали куда быстрее, стоило бронированному носу грузовика показаться из-за поворота, как с позиций стартовали две ракеты. Грузовик успел всё же преодолеть половину пути, после чего кабина разлетелась на куски дымящегося металла. Досталось в этот раз и десанту. Из восьми камикадзе в атаку смогли побежать только трое, но бежали быстро и грамотно, в разные стороны, кроме того, каждый нёс в руках некий предмет, довольно крупный и, подозреваю, взрывоопасный.

Один, тот, который побежал в середине, буквально, грудью на пулемёт, уже через пару секунд был разнесён в клочья. Примерно та же участь постигла того, который повернул вправо. А вот левому повезло больше, то есть, его тоже срезал пулемётчик, но к тому моменту малопонятный ящик уже летел через колючку в сторону позиций. Не добросил, конечно, но взрыв был мощный. Даже на таком расстоянии по ушам ударило, и земля под ногами задрожала. Сейчас пулемётчик, если он вообще жив, лежит в отключке, залитый кровью, как и остальные бойцы. Вряд ли кто-то там вообще способен продолжать бой.