Читаем Без памяти полностью

Техникой занялся некто Фома, высокий крепкий мужик, весь покрытый татуировками, но, вроде бы, не уголовного содержания. Джип был не единственным транспортным средством, между соседних домов стоял грузовик ЗИЛ-131, старый, но на вид вполне годный. В его-то кузов и принялись складировать всё, что собирались забрать с собой, одних мешков с крупами, макаронами, мукой, солью и сахаром, набралось почти по борта, а наверх навалили ящики с консервами. Так отправили первый рейс. Джип аналогичным образом забили под завязку, а пленного киборга Юрку просто прикрутили на крышу. По следам машин отправилась часть группы с оружием, они должны будут занять дома и приготовить к обороне, а до их прихода разгрузкой займутся те четверо человек, что уехали на машинах.

Здесь, в доме, на остатках роскоши, засели, ощетинившись стволами, четыре человека. Я, Рыжий, Павлик и тот самый старый мужик, которого звали Санычем. По-хорошему, машины вернутся через три часа, после чего мы загрузим остальное добро и свалим отсюда навсегда, оставив эту элитную цитадель другим людям.

Но всё произошло иначе. Шум автомобильных двигателей мы услышали, но совсем с другой стороны. Тут же припали к окнам, а я ещё и бинокль достал. На широкой площадке перед домом остановились два джипа. Выглядели они так, словно сошли с экрана. Из фильма про Безумного Макса. На перед были наварены толстые стальные листы, даже лобовое стекло закрыто, только небольшая щель, в которую ещё попробуй попади. Такими машинами можно кордон штурмовать, их, разумеется, остановят, но часть людей, возможно, прорвётся. Хотя, конечно, вряд ли, не стоит недооценивать военных, они явно предусмотрели всё.

Машина остановились, двигатели были заглушены, а наружу вышли четыре человека.

— Это Кореец! — сказал Саныч и побледнел, — вычислил, кто его людей положил. Хана всем.

— Погоди, — я, в отличие от него, не был склонен преувеличивать могущество и проницательность непонятного главаря, — здесь их не так много, если что, отобьёмся. Который из них Кореец?

— Да вон тот, что у первой машины стоит, в куртке.

У первой машины стоял крепкий мужик восточной внешности в тёплой куртке, на корейца он был мало похож, скорее, казах.

— Вижу, только непохоже, что они воевать приехали, даже в нашу сторону не смотрят.

— Думаешь, уедут?

— Можно попробовать поговорить, объясним, что враг общий и если не справимся, то всем конец.

— Только не с Корейцем, он отморозок, к переговорам неспособен. Стреляет сперва, потом разговаривает.

— Не факт, — возразил я, продолжая рассматривать фигуру главаря, — их, скорее всего, тоже коснулось. Люди со шрамами.

Внезапно взгляд мой упёрся в одну деталь, заставившую меня забыть о любых переговорах. Кореец был коротко стрижен, и мне хорошо было видно свежий шрам на правой стороне головы. Но, в отличие от Юрки, отнюдь не создавал впечатления безмозглого кадавра. Наоборот, он говорил о чём-то, размахивал руками, показывал вдаль. Может, совпадение? Вдруг его ножом пописали? А остальные?

Тщательно присмотревшись к остальным, я заметил шрамы и у них, небольшие, явно вживляли что-то маленькое, какой-то чип, который позволяет управлять ими.

— Сидим тихо, — только и сказал я своим, — они, возможно, сейчас уйдут.

— Куда там, — воскликнул Рыжий, — Кореец знает, что Васина команда здесь окопалась.

— Так, то Кореец, — ответил я, — есть у меня большие сомнения, что это он.

Объяснить им свои сомнения я не успел, подъехали ещё две машины, на этот раз грузовики, кабины которых тоже были обшиты стальными листами, кузов одного был заполнен людьми с оружием, сидели они плотно, разглядеть шрамы на головах не получалось. Вторая была заполнена непонятными мешками. Еда? Патроны? Взрывчатка? Некоторое время они молча стояли рядом и чего-то ждали, потом, словно кто-то невидимый отдал приказ, все быстро попрыгали в машины и, взревев двигателями, сорвались с места.

— Вот и всё, — резюмировал я, — а вы уже с жизнью попрощались.

— Куда они? — удивлённо спросил Рыжий.

— Есть мнение, — предположил я, — что к барьеру, не исключаю, что будет штурм.

— Кореец двинутый, но люди-то его должны понимать, что ничего им не светит, — сказал с удивлением Павлик, — перебьют же всех вояки.

— Ключевое слово — люди, — ответил ему я.

— А они?

— Как Юрка, может, чуть лучше, или чуть хуже, но обработали всех.

— А их, киборгов этих, убить нельзя что ли? — заинтересованно спросил Рыжий, — с Юркой мы справились.

— Представь, — начал я объяснять, — что ты сидишь на кордоне, в руках у тебя автомат, а на тебя бежит один такой, ты в него стреляешь, повреждаешь жизненно важные органы, а он боли не чувствует. И даже голову пробить не получится, потому как пластина там. А если и пробьёшь, толку нет, думает он не мозгами, а встроенным чипом. А представь, что у него оружие, автомат, ну, или даже топор, но он при этом не один.

— Хватит уже жути плескать, — оборвал меня Саныч, — пусть пробуют, глядишь, мы чем-нибудь поживимся.