Читаем Бетховен полностью

«Нужно было говорить ему прямо в ухо, чтобы он тебя понял; помню, что я часто испытывала затруднения из-за его седых волос, закрывавших уши. Впрочем, он часто сам говорил: „Мне надо остричь волосы“. На первый взгляд казалось, что они прямые и всклокоченные, но на самом деле они были очень тонкими, и когда он проводил по шевелюре рукой, волосы очень забавно поднимались вверх. — Однажды он пришел к нам; когда он снял пальто, мы увидели дыру на локте; он вспомнил о ней и хотел надеть пальто обратно, но потом все-таки снял и сказал со смехом: „Всё равно вы уже видели!!!“…

В минуты радости, как и в моменты грусти, тревожившие его лучших друзей — по меньшей мере на время, — с ним часто случались перепады настроения, причины которых сразу понять было нельзя. Так, однажды он снова пришел к нам, хотя мы решили, судя по его холодности, что случилось нечто такое, на что он обиделся, и моя сестра спросила, всё ли он еще сердится на нас. Он ответил: „Для этого я придаю себе слишком мало значения“. ‹…›

Почти все вечера он проводил с нашим семейным кружком. К несчастью, интересных вечеров было мало, поскольку он часто был похож на Пегаса в ярме: тяжба из-за опекунства приводила его в дурное расположение духа, почти до сумасшествия. Весь вечер он сидел за круглым столом подле нас, погруженный, казалось, в свои мысли, порой ронял какое-то слово с улыбкой, беспрестанно сплевывал в свой платок и при этом каждый раз в него заглядывал, поэтому я долгое время думала, что он боялся увидеть там кровь».

Нанни, вторая сестра, была помолвлена. Разумеется, свои ухаживания Бетховен обратил на нее. Но влюбилась в него Фанни. И очень не вовремя, поскольку Бетховен, занятый своим опекунством, почти не интересовался женщинами.

«2 марта 1816 года. Что со мной происходит? И этот вопль — верно ли, что он исторгнут у меня тем, о чем давеча сказала Нанни? Неужели он уже занимает столько места в моих мыслях, даже в моем сердце, чтобы простая фраза — „Уж не влюбилась ли ты в него?“ — сказанная в шутку, смутила и почти обидела меня? Бедная Фанни! Судьба не благосклонна к тебе. ‹…› Увы! Если он всё больше становится частью нашего семейного круга, он неизбежно станет мне дорог, бесконечно дорог. ‹…›

17 марта. Позавчера Бетховен провел вечер у нас. После полудня в дверь позвонили. Это был Бетховен. Он сказал: „Я принес вам первенцев весны“, — и, сделав антраша, подарил нам букетик фиалок».

На самом деле Бетховену было очень плохо. Он мучился от колик. Часть весны 1816 года он был прикован к постели. Думал о смерти, пытался привыкнуть к этой мысли, считая, что лишь «дурной человек не умеет умирать»; только присутствие Карла еще удерживает его на этой земле, говорил он. Однако он не отрекся от своих творческих замыслов: «Совсем новые вещи намечаются у меня в уме».

И не только намечались: план мессы, которая превратится в монументальную «Торжественную мессу», новые сонаты. Но вопреки тому, что утверждают некоторые заблудшие умы, страдания, плохое самочувствие, заботы о деньгах и о прислуге не способствуют творческой деятельности.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей: Малая серия

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука