Читаем Бетагемот полностью

Она на секунду закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Сквозь открытую дверь доносились голоса, пока Така выбиралась на водительское сиденье.

— Ты как?

— Да нормально. Большую часть разряда принял гид­рокостюм.

Уэллетт знала, что произошло. Точнее, опять произо­шло, поправила она себя, хватая с крючка шлемофон.

Она не была программистом. Управлялась максимум с базовыми программами. Но она была опытным врачом — а даже выпускники из нижней половины списка знают свои инструменты. Така не стала отсоединять медсистемы и теперь вывела архитектурную схему и запустила пере­счет модулей.

Там оказались черные ящики. В одном из них, судя по иконке, даже был прямой пользовательский интерфейс. Она включила его.

Перед ней появилась «мадонна», но не произнесла ни слова. Только оскалилась — особой улыбкой, преиспол­ненной ненавистью и триумфом. Какая-то отдаленная и незначительная часть мозга Уэллетт задумалась, какое се­лективное преимущество получила программа, выработав такую презентацию. Разве устрашение в реальном мире увеличивает приспособляемость в виртуальном?

Но, по большей части, разум Таки сейчас был занят совсем другим, чем-то, что не доходило до нее прежде. Глаза аватара скрывали белые линзы.

Линзы были у каждой «лени», с которой Уэллетт до­велось встретиться: лица менялись от демона к демо­ну — разные губы, щеки и носы, разные этнические осо­бенности. Но глаза оставались неизменными — белыми, безликими, как снег.

«Меня зовут Така Уэллетт», — представилась она це­лую вечность назад.

И эта странная энигма женского пола — которая так близко к сердцу принимала апокалипсис, — ответила: «Ле... Лори».

— Така.

Така встрепенулась, но нет — с ней говорила не эта «лени».

Она сдернула с головы шлемофон. Женщина в чер­ном с механизмами в груди и маленькими ледниками вместо глаз смотрела на нее. Она ничем не походила на то существо из сети. Ни злости, ни ненависти, ни триумфа. Но почему-то именно это бесстрастное лицо из плоти и крови теперь в глазах Таки ассоциировалось с машиной.

— Это была одна из... это была «ле....... «мадонна», —

сказала Уэллетт. — Внутри медсистемы. Я не знаю, сколь­ко времени она там находилась.

— Нам надо ехать, — сказала «Лори».

— Она пряталась. И, скорее всего, шпионила за нами. — Доктор покачала головой. — Я даже не знала, что они могут действовать молча, я думала, они авто­матически рвут на части все, что попадается под руку...

— «Мадонна» подала сигнал. Надо убираться отсюда, и поскорее, пока не нагрянули подъемники.

— Точно. Точно.

«Така, соберись. Об этом подумаешь позже».

Рядом с «Лори» появился Кен:

— Ты говорила, что у тебя уже готово пять литров куль­туры. Мы немного возьмем с собой. Ты распространишь остальное. Поезжай в город, включай сирену, дай хотя бы несколько миллилитров любому, кто сможет выполнить задание, и прячься. Если сможем, мы пересечемся с то­бой позже. Список есть?

Така кивнула:

— У местных только шесть человек на колесах. Семь, если Рикеттс еще не уехал.

— Больше никому культуру не давай, — сказал Кен. — Из горячей зоны люди пешком вовремя не выберутся. Также не советую говорить о подъемниках кому-либо кроме тех, кому знать нужно.

Она покачала головой:

— Всем нужно, Кен.

— Люди без машины решат украсть ее у тех, у кого она есть. Я сожалею, но паника может поставить под удар...

— Забудь об этом. Их надо хотя бы предупредить. Если они не смогут обогнать огнеметы, то хотя бы найдут место, где спрятаться.

Кен вздохнул:

— Хорошо. Просто хотел напомнить о риске. Спасая десяток человек сейчас, ты можешь обречь на смерть намного больше потом.

Така не смогла сдержать улыбки:

— А разве ты раньше сам не считал, что всех спасать не стоит?

— Дело не в этом, — вступила в разговор «Лори». — Ему просто нравится, когда люди умирают.

Така удивленно заморгала. В лицах рифтеров не от­разилось ничего.

— Надо торопиться, — сказал Кен. — Если они вы­летят из Монреаля, у нас всего час.

Лаборатория Мири могла высевать культуру как спе­реди фургона, так и сзади. Така залезла внутрь лазарета и ввела команды.

— «Лени»?

— Да... — откликнулась «Лори» и тут же замолчала.

— Нет, — тихо сказала Уэллетт. — В смысле, что бу­дем делать с «лени»?

Другая женщина не ответила. Ее лицо походило на маску.

Зато ответил Кен:

— Ты уверена, что она не выберется?

— Я физически отрубила питание систем навигации, связи и GPS, — ответила Така, не сводя глаз со стояв­шей перед ней женщины. — Фактически провела этой девочке лоботомию.

— Она не может повредить культуре?

— Не думаю. По крайней мере не исподтишка.

— Значит, ты не уверена.

— Кен, я сейчас ни в чем не уверена.

«Хотя кое о чем уже составила определенное мне­ние...»

— Она где устроилась? В справочно-аналитическом отделе?

Така кивнула:

— Ей только там места хватило.

— Что произойдет, если его отключить?

— В инкубаторах своя сеть питания. С культурами все должно быть в порядке, если только нам вдруг не понадобится их исследовать.

— Тогда вырубай, — сказал Кен.