Читаем Бета-тест полностью

Тристан подался ему на встречу, стремясь ощутить, как давление перерастает в жжение, а затем и в чувство растянутости, как только Рави полностью вошёл в него. У Триса перехватило дыхание, как бывало всякий раз, когда он ощущал абсолютную наполненность и то, как она заставляла его буквально воспламеняться изнутри; всё было до пугающего восхитительно, особенно когда Рави начал двигаться.

Тристан не узнавал собственного голоса, пока кричал и стонал, овладеваемый ощущениями, которые просто невозможно было переносить молча. Он кусал простыню, пытаясь заглушить издаваемые им звуки, но Рави наклонился, чтобы вытянуть её.

— Я хочу слышать тебя. Слышать, насколько сильно ты хочешь этого.

— Нуждаюсь в этом.

— Да. Позволь мне дать это тебе. Дать всё, что тебе нужно. Прими это.

Он двигался так, чтобы с каждым толчком скользить по простате Тристана, и затем, полностью выпрямившись, стал вколачиваться в него в быстром и жёстком ритме, который вышибал все мысли из головы.

Только этот мужчина.

Эта кровать.

Эти ощущения, которые разбивали в пух и прах каждую частичку сомнений относительно того, почему Трис так сильно нуждался в этом, почему так отчаянно этого хотел.

Эта связь. Та, от которой он бежал так долго, понимая, что если они переспят, то из-за того, что его мозг устроен никак у всех, он больше не сможет притворяться. Сейчас Трис охвачен ею, буквально поглощен, так же как и попыткой подстроиться под ритм движений Рави.

— Сильнее, — простонал он. — О, Боже, пожалуйста, мне нужно сильнее. Нужен ты, — неужели это его голос звучал настолько умоляюще?

Да, должно быть, действительно так, поскольку Рави, услышав, тут же стал вбиваться резче и глубже.

— Прими его, детка. Прими полностью.

— Да-а-а-а-а-а-а.

— Вот так. Боже, меня так заводит то, что ты имеешь мой матрас, пока я трахаю тебя. Потрясающее зрелище.

— Да, о да. Пожалуйста, да, — Тристан будто весь превратился в бессвязно молящее месиво.

— Хочу, чтобы ты кончил, — задыхаясь, произнёс Рави.

Тристан был уже на грани, он... почти... почти...

— Люблю тебя, — пробормотал Рави и хоть, вероятно, это была типичная болтовня во время секса, но её хватило, чтобы толкнуть Триса за край, заставив, кончая, вскидывать бёдра и кричать. В данный момент это был не просто контакт двух тел, делящихся и отдающихся друг другу, принимающих и нуждающихся — это была любовь, и она была прекрасна. Острые, яркие эмоции, которые так пугали Тристана, вспыхнули в его мозгу, словно салют на День независимости. И лучше всего было то, что он знал, что Рави ощущал тоже самое, пока абсолютно не изящно толкался в его нутро и кончал с громкими стонами, без конца шепча о том, как сильно его любит.

Это просто секс.

Но он не ощущался таковым, не сейчас и не с этим парнем. А, может, и никогда больше.

* * *

Рави осторожно вышел из него и рухнул рядом, предварительно позаботившись о презервативе. Он лениво погладил всё ещё тяжело вздымающуюся спину Тристана.

— Это было... интенсивно.

— Чересчур интенсивно? — Тристан приоткрыл один глаз, пристально вглядываясь в лицо парня.

— Ни в коем случае, детка. Ни в коем случае, — Рави наклонился и крепко поцеловал его.

— Хорошо, потому что Патрик...

— Никогда не упоминай его лежа в моей постели, — он рассмеялся. — Серьёзно.

— Серьёзно, мне просто тяжело делать это, не приплетая свои чувства.

— Ты должен чувствовать, детка. В этом весь смысл, — Рави, не переставая, массировал его мышцы спины.

— Просто... то, что ты тогда сказал, помогло... твои слова... — он замолчал, даже его шея буквально полыхала от смущения. — Забудь.

— Когда я говорил их, я именно это и имел ввиду. Мне кажется, что я люблю тебя. И для протокола — ты нравишься мне вне зависимости от того, пошёл бы ты со мной на это мероприятие или нет, выступил бы против своих родителей или нет, и мне неважно снизу ты во время секса или сверху. Я люблю тебя.

— Даже если иногда я веду себя как неврастеничный идиот?

— Да, но ты мой неврастеник и никогда не называй себя идиотом, хорошо?

— Ты, правда, хочешь быть со мной, даже если бы я поднялся на сцену со своей матерью?

— Она твоя мама, детка. Мне кажется, что раньше я не до конца осознавал это. Она твоя мать. И ты имеешь полное право на все эти противоречивые чувства по поводу неё и её компании. И с моей стороны было нечестно давить на тебя из-за этого. Так что да, я влюблён в тебя независимо от того, кто твои родители и какие у тебя с ними отношения.

— Я... я...

Рави терпеливо ждал, не пытаясь подгонять и даже не смея надеяться на то, что, возможно, последует дальше.

— Я, возможно, тоже люблю тебя, — произнёс он тихо.

— Да? — Рави посмотрел на Тристана и притянул его к себе для поцелуя.

— Да, и извини за те слова, о том, что ты всегда сбегаешь. Я наговорил много всего, на самом деле не имея этого в виду.

— Ты был прав, но я хочу быть другим ради тебя. Ты тот, из-за кого я хочу остаться. С кем хочу быть рядом. Хочу, чтобы мы всегда были вместе. Сделать так, чтобы у нас всё получилось.