Людмила Никушенко

Бестия

Рома стоял на пороге своей квартиры.

Там за дверью ждала она — Его Бестия.

Пять лет назад…

Лето. На улице жара и мы с другом решили немножко освежить свои головы после рабочего дня в парке. Взяв по бутылочке воды, мы присели на лавочку, лениво вытянув ноги и развязав галстуки. Наконец то можно и верхнюю пуговицу у рубашки расстегнуть. Мы сидели и говорили ни о чем и рассматривали прохожих.

— Смотри, какие девочки!

Я повернулся в ту сторону, куда указал Глеб, и сразу уловил взглядом ее. Огненно-рыжий каскад волос ниспадал на плечи. Стройная фигурка в белоснежном платье и эти ножки, которые могут свести с ума любого мужчину, были обуты в белые босоножки на каблуке. Она шла, как будто порхала над землёй. Я почувствовал, что в моих штанах стало тесно. " Черт, я ее хочу! и прямо здесь! "

— Девчонки, не желаете познакомиться?

Глеб, как обычно в своем репертуаре. Он не упустит возможности познакомиться, а в дальнейшем переспать с симпатичной мордочкой.

Вообще мы с Глебом знакомы с института. С первого дня. Так получилось, что мы вместе поступали на один факультет, вместе сдавали экзамены и вместе заселились в общежитие.

Я, Роман, кареглазый брюнет, высокий, раньше занимался волейболом, да и сейчас порой не брезгую залом. С Глебом мы во многом похожи, кроме внешности, он блондин с голубыми глазами. Весельчак и балагур. Любитель женских прелестей. Институт мы закончили уже лет пять назад, и так получилось, что устроились на работу в одно здание, но разные компании. Менеджеры среднего звена.

Мы часто после работы проводили время вместе, если были свободны. И в данный момент у меня никого не было, а Глеб свою пассию послал наслаждаться жизнью без него.

И вот сегодня мы решили, вдруг повезет, и мы встретим где-нибудь девочек и продолжим общение в более интимной обстановке. Я наблюдал, как Глеб подошёл к девчонкам и что-то начал говорить. Сразу видно, он запал на маленькую шатенку, что была с этой рыжей.

— А друг твой чего молчит, или он немой??

Она повернулась ко мне, и я утонул в ее изумрудных глазах.

— Роман!!! — представился я.

— Римма! — и она протянула мне свою руку для поцелуя. Нежная кожа, чуть не обожгла меня. Я прикоснулся к ней губами, не отрывая взгляда от девушки. Мы немножко поговорили и пригласили девчонок в кафе, чтобы продолжить вечер. Вкусный ужин, вино. Мы танцевали весь вечер.

— Может, бросим ребят и поедем ко мне? Я взглянул на Римму и увидел во взгляде одобрение. Всю дорогу в такси мы целовались. Ее податливые нежные губы сводили меня с ума. Поднявшись на этаж, мы влетели в мою квартиру. Я раздевал ее медленно. Целуя каждую частичку тела. Когда я снял с нее лифчик, то две грудки с розовыми сосками так и манили их поласкать. Я этим и воспользовался. Я сосал каждый сосок то нежно языком, то покусывал. Я слышал ее стоны. Подняв, я на руках унес ее на кровать. Она лежала и призывно смотрела на меня, пока я раздевался.

— Не снимай трусики!

Я видел, что они намокли у нее. Я опустился на колени перед кроватью и взяв за ноги, пододвинул Римму к себе. Богиня. Задрав ее ноги, я постепенно начал снимать с нее стринги. Мне открывался потрясающий вид ее бритой мокрой " киски". Раздвинув ноги, я губами прикоснулся к ее лону. Она выгнулась навстречу. Я ласкал ее языком. Вбирал все ее соки. Прикусывал клитор. Римма стонала и извивалась под моими ласками. И бурно кончила. Я перевернул ее на живот и вошёл в ее мокрую "пещерку" во всю длину. Она ахнула. Я вышел и опять вошёл, почувствовав, что достаю до ее матки.

Она начала двигаться мне навстречу. Ее горячая и мокрая плоть так и манила трахать без перерыва. Наши стоны слились воедино. Ее крик. И я бурно кончил ей внутрь.

Уснули мы под утро в объятиях друг друга.

Потихоньку Римма перебралась в мою холостяцкую берлогу. Уже запах ее духов стоял по всей квартире. Тут и там лежали ее вещи. В ванной то и дело появлялись новые флаконы кремов, бальзамов. Мне, конечно, было очень приятно ее трахать каждую ночь. Она была без комплексов. Мы трахались везде и в любое время суток. Но была в ней одна странность. она никак не могла делать минет, даже прикоснуться языком к моему члену, хотя я постоянно ее ласкал орально. На этом фоне у нас часто вспыхивали недомолвки. Но она умела сделать так, что я всегда считал себя виноватым и просил у неё прощение.

В бытовом плане тоже не очень-то все ладилось, но я и это прощал. Я не торопился ее звать замуж. И у меня был небольшой секрет от нее, который я не хотел выдавать. Я увлекся БДСМ, а точнее мне безумно нравилась «флагелляция», а по-простому порка. Была у меня мечта кого-нибудь выпороть. Я любил ко всему подходить основательно и поэтому записался на несколько семинаров к одному знаменитому Мастеру. Римме я об этом пока ничего не сказал. Я не видел в ней ту самую послушную девочку. Для меня она была только хорошей телкой для секса. Но такой, что от одной мысли об ее груди и лоне и мой член вставал дыбом.