Читаем Бессмертное пламя полностью

Каждое из его предположений било в яблочко. Я чувствовала себя пойманной и загнанной в угол. Наверное, дело было еще и в том, что с каждым словом Люциан сокращал дистанцию между нами. Сейчас он положил руки на парапет у меня за спиной и склонился надо мной. Его губы были прямо около моего уха, его голос ласкал меня, словно дымчатый бархат.

– Ариана, я уже взрослый мальчик. Я смогу принять, если ты меня не хочешь. Но послушай-ка вот что: я дал тебе печать, потому что беспокоился за тебя. И это беспокойство подтвердилось, когда я увидел, как ты лежишь передо мной с разорванной шеей и пробитыми легкими. Я старался задеть тебя своими словами в ванной, потому что знал, что ты со своим упрямством никогда не стала бы избегать конфронтации, независимо от того, какую опасность ты представляла в своем взвинченном состоянии. Такой, как Джирон, расколол бы тебя с первого взгляда. Более того. Он бы меня расколол с первого взгляда. – Люциан подвинулся еще чуть ближе. Его голос превратился в шепот. Я чувствовала, как его губы обжигают мне висок. – И да, я поцеловал тебя, когда тебе нужны были ответы. Но не думай ни на секунду, что я сделал это, чтобы сбежать от тебя. Потому что так я бы определенно выбрал неправильную стратегию, – он резко отстранился от меня. Но спасительная дистанция была обманчива, потому что теперь я смотрела прямо в его голодные глаза. – Я не играл, Ариана, – заявил он. – Никогда.

Я практически испугалась, что он меня поцелует. А может быть, я на это и надеялась. Я не знала. Но поцелуя не последовало. Он просто смотрел на меня, тщетно выискивая на моем лице реакцию.

Из страха прямо там упасть в его объятия я подняла всю защиту, на которую была способна. Только так я могла держать чувства в узде. К сожалению, на мое тело это не распространялось. И его коварные сигналы полностью сбивали меня с толку. Я запуталась окончательно и бесповоротно. Мне нужно было сменить тему. Срочно.

– Думаю, у меня есть довольно точное представление о том, где мой приемный отец хранит сердце Танатоса.

После слишком долгого мгновения, когда все замерло, насмешливая улыбка тронула уголки губ Люциана. Он оттолкнулся от парапета и тем самым дал мне пространство, в котором так нуждалось мое сердце.

– Тебе это приснилось? – спросил он. Я кивнула. – Хорошо. Тогда нам не хватает только имени предателя.