Читаем Беспокойный уик-энд полностью

- Желательно от 19 - 00 до 20 - 30, во время трансляции первенства страны по бейсболу, когда охранник будет сидеть в холле у телевизора, а не ходить за вами по пятам из комнаты в комнату. Вам только нужно заранее узнать, где в прокуратуре находится подсобка с тряпками и полотером. Кстати, я сейчас еду туда, чтобы получить копию обвинительного заключения по делу Слейтона, и могу захватить вас с собой. Это будет удобный повод, не привлекая к себе ненужного внимания, походить по зданию, освоиться. Только нам нужно отпечатать запрос прокурору на копию обвинительного заключения, а миссис Шерилл уже ушла домой. Вы умеете печатать?

- Двумя пальцами, сэр, - смущенно улыбнулся Джимми.

- Ну ничего, там буквально две строчки. Машинка на столе миссис Шерилл, а это вот наш бланк, возьмите, - я уже подписал его. Отпечатайте запрос и поедем.

- Хорошо, мистер Бретфорд, - Джимми вышел в приемную, прикрыв за собой дверь.

Пока он, высунув язык от усердия, сидел за машинкой" в голове его сумбурно метались противоречивые мысли О предстоящем деле. Оно наводило на него страх своей беззаконностью и кружило голову открывающейся, в случае удачи, перспективой.

Он кончил печатать, постучался и вошел в кабинет мистера Бретфорда, когда тот заканчивал телефонный разговор. Уолт Бретфорд жестом указал ему на кресло.

- Нет, пет, старина, при ампутации руки нелепо жалеть пальцы. Да, я тоже. Всего доброго, я потом позвоню, - сказал он и, положив трубку, зачем-то объяснил Джимми, что звонил своему врачу, немного излишне щепетильному человеку, но зато очень хорошему специалисту. - Ну что, вы готовы, мистер Ирвин? Тогда берите вашу супершпионскую технику и поехали.

Джимми упаковал в пластиковый футляр коробку с микрофонами и магнитолу. Закрывая футляр, он вдруг заметил на панели магнитолы тлеющий рубиновый огонек индикатора. Риска переключателя каналов стояла на цифре "один". "Это же мистер Бретфорд сам включил магнитолу и магнитофон, когда объяснял мне, как они работают, - подумал он, поворачивая ручку переключателя риской на "нуль".

Рубиновый огонек погас. - Наверное, наш разговор записался на пленку вот будет забавно дать ему потом послушать эту запись".

Когда они приехали в прокуратуру, там уже почти никого не было. Дюжий охранник у дверей с выдвинутой далеко вперед нижней челюстью, придающей его лицу поразительное сходство с бульдожьей мордой, пристально уставился на Джимми с откровенно враждебным любопытством. "Ну вот, - подумал тот, мне уже начинает мерещиться. Первый симптом шпионской болезни "охранникобоязнь".

Он прошелся по первому этажу, зашел в подсобку, где стоял большой электрополотер, поднялся на второй этаж, где находился кабинет прокурора и, решив, что увидел достаточно и незачем больше привлекать к себе внимание, вышел на улицу, с независимым видом отвернувшись от охранника.

Взбудораженный событиями дня, Джимми дошел до ближайшего автомата и позвонил Джейн Боннелл. Услышав его голос, она спросила:

- Ты откуда звонишь? Я сейчас приеду. Жди меня. Ее "форд" подъехал к закусочной, где ждал ее Джимми.

Она была не накрашена и в домашнем платье. Веки были красными и припухшими, как будто от слез.

- Что случилось, девочка? - встревоженно спросил Джимми, садясь в машину рядом с ней.

- Ты читал эту статью в газете?

- Читал, ну и что?

- Что, что, а то, что сегодня днем нам позвонили, я сняла трубку и какой-то мужчина сказал, что моего отца скоро отдадут под суд за неуплату налогов и посадят в тюрьму и что нам лучше убираться из города, потому что здесь уголовники и воры не нужны. А потом еще несколько раз звонили разные голоса, и все они говорили то же самое. Папа заехал домой перед аэродромом буквально на пять минут, и я не стала его ни о чем расспрашивать. Он выглядел таким встревоженным. А вечером в почтовом ящике я нашла вот эти два письма.

Она протянула конверты Джимми, он стал их внимательно рассматривать. Конверты были без штемпелей: кто-то бросил их прямо в ящик дома. На одном листке корявым почерком было нацарапано: "Фред Боннелл, ты вор и взяточник. Убирайся из города, пока тебя не выкинули вместе с семьей". На втором значилось: "Боннелл, ты считаешь, что ты умнее всех, но в тюрьме из тебя выбьют эту дурь". Текст был написан печатными буквами фломастером.

- Джимми, - нетвердым голосом начала девушка, но, не выдержав, заплакала, уткнувшись лицом ему в плечо, - неужели это правда, что напечатано в этой мерзкой газете? Папу, правда, могут отдать под суд? Джимми откашлялся и, глядя в сторону, неуверенно начал:

- Гм, ну видишь ли, в определенном смысле слова..., - но Джейн схватила его за плечи и с неожиданной силой рывком повернула лицом к себе.

- Не считай меня, пожалуйста, ребенком или круглой дурочкой. Посмотри мне в глаза. Отца могут отдать за это под суд?

Солгать ей Джимми не мог:

- Могут, если "Дейли Ньюс" действительно располагает этими документами.

В больших глазах девушки застыл ужас: