Читаем Бешеный медведь полностью

— Ну если только в общих чертах… — усмехнулся Дик. — Мы долго разрабатывали этот план, собственно, под тебя он и был составлен. Вкратце: надо будет внедриться непосредственно в штаб-квартиру корпорации «Макнамара инк.». Я — засвечен, так что придется это сделать тебе. Техническую и силовую поддержку обеспечу я, а если ты задействуешь риталусов, будет вообще отлично.

Полубой посмотрел на дикуш, развалившихся на ковре. Звери подняли головы и посмотрели на него.

— Разберемся. Когда приедет это твое некое лицо?

— Послезавтра. Так что у нас два дня отдыха, — подмигнул Касьяну Сандерс. — У тебя как с Лив?

— Никак. Мы разошлись.

— М-да… сочувствую. Я ведь почему спросил, — Сандерс сделал невинное лицо, — бывают мужчины, которые… ну, если у такого есть женщина, так он считает, что изменять ей безнравственно. По-моему, исключительно ошибочная позиция. Ведь если ты любишь человека, то познать всю свою любовь ты сможешь только в сравнении. И еще раз убедиться, что ОНА — само совершенство. А какое может быть сравнение…

— Кончай ты эту галиматью нести, — поморщился Полубой, — сказал же: я один.

— Тогда завтра гуляем по полной!!!

Полубой посмотрел на просиявшего Сандерса и покачал головой:

— Н-да… ты не меняешься. А еще пенсионер.

— Так когда же гулять, как не на пенсии?

* * *

Модуль пробил легкие облака, и внизу, сквозь дымку, Игорь Андреевич Селиверстов увидел ленту реки, громадный лесной массив, примыкающий к горам на востоке, а прямо под собой четко, будто на карте расчерченные разноцветные квадраты.

Геннадий Решетников заглянул через его плечо в иллюминатор:

— Это наша столица, Рюрик. Мы сядем на западной окраине — там у нас космопорт будет. Место равнинное, удобное.

— Вижу. — Малоподвижное лицо Селиверстова ничего не выражало. — На сколько жителей рассчитана столица?

— На перспективу строим, Игорь Андреевич. Пока на всей планете около семи тысяч переселенцев. Пять из них здесь, полторы тысячи на юге, порт строят, человек пятьсот фермы поднимают. Это за Каменными лбами, на востоке. Там климат подходящий. Через две недели должны прибыть около четырех тысяч с Двины и Канина Носа. Потом, еще через неделю, с Кедра полторы тысячи. Растем помаленьку.

— Угу. — В глаза Селиверстову брызнуло золотом, он прищурился: — А это что ж такое? Никак церковь?

— Первым делом храм поставили, — подтвердил Решетников. — Прямо возле космопорта. Церковь Николая-угодника. Издавна морякам и путешественникам покровительствовал, ну а мы кто, как не путешественники. Вот, новые земли обживаем.

Двигатели модуля рыкнули, перегрузка придавила пассажиров к креслам. Решетников поморщился. «Просил же полегче на посадке», — подумал он, искоса взглянув на Селиверстова. Тот, отвернувшись от иллюминатора, сидел, сжав губы в тонкую линию, и сурово глядел прямо перед собой.

Перегрузка исчезла, модуль дрогнул — опоры утвердились на бетоне полосы. Люк пополз вниз, распрямляя сочленения трапа. Пахнуло свежестью, влажным ветром.

Решетников спустился по трапу, остановился, поджидая Селиверстова. Игорь Андреевич не торопясь сошел на землю, огляделся, вздохнул полной грудью, и внезапно на его лице появилась широкая улыбка.

— А как река называется? — спросил он.

Решетников растерянно поморгал — подобного вопроса он не ожидал.

— Смородина. Так уж назвали, — он, будто извиняясь, развел руками.

— А рыба водится?

— Э-э… есть рыба. Что-то наподобие плотвы. Ну, еще окунь, щучка встречается. Ерш опять же. Сами запустили. Пожелаете — организуем рыбалку.

— Обязательно пожелаю, — кивнул Селиверстов, — у вас ведь начало весны, да? Самый нерест. Эх и люблю с удочкой посидеть. Но сначала — дело. Давай, губернатор, веди, показывай.

От низких построек космопорта к ним уже летел глидер, и Решетников с Селиверстовым не спеша двинулись ему навстречу. Весенний ветер, не слишком теплый, продувал легкую куртку Селиверстова, и Решетников подумал, что не дай бог простудится высокий гость, а ему важно было, чтобы визит банкира прошел без сучка и задоринки. Слишком многое зависело от его положительного отзыва о новом мире, осваиваемом выходцами с северных планет Российской империи.

Небольшая церковь была окружена едва зазеленевшими кустами черемухи и сирени. Селиверстов попросил остановиться, купил на входе свечку, перекрестился и вошел внутрь. Решетников последовал за ним, но, видя, что банкир склонил голову перед иконой, подойти не решился — разговор с Господом дело личное. Узнать бы еще, о чем просит: о помощи в новом деле, или так, по привычке в храм зашел.